Опять повсюду слышалось «руссише швайне» вместе с их «швайне» партизанами, диверсантами и ракетснарядами…

… Странная ситуация — всё большее возрастание применения гранатомётов меняло не только тактику, но и стратегию войны в целом. В Москве также обращали внимание на изменения в статистике вермахта, которые сказывались в боях и сражениях. Правда Красная Армия требовала ещё больше гранатомётов, как и ракетснарядов к ним. Впрочем Санжаровский уже давно подготовил сравнительный анализ расходов на изготовление, допустим, пушек и тех же гранатомётов. Анализ сопровождался цифрами немецких расходов на производство танков и самолётов. Сталин, в процессе ознакомления с цифрами, всё больше призадумывался. Ему понадобилась кое-какая информация от Лесника…

В начале июня прибыло ещё две группы будущих «тшихотшемников». Сотрудничество с поляками обеспечивало самих диверсантов различными ценными поставками, включая английские и американские. Всё-таки учебка в тылу врага имела преимущества в снабжении по сравнению с обычными партизанскими отрядами. И это несмотря на то, что количество трофеев от фашистов реально зашкаливало. Всё-таки мастерство сказывалось. Межов и его помощники обеспечивали обучение очень высокого уровня, а «подготовишки», набираясь опыта, приносили из рейдов много чего, как полезного, так и вполне съедобного.

Жаль что ни полковник, ни капитаны не знали предателей в высших эшелонах власти и технических нюансов, которые обеспечили бы ещё более высокое развитие технологий. Хотя аппаратура того же Т-600 на стопятьсот голов превосходила «Энигму». У немцев имелось всего лишь четыре кольца-ротора для зашифровки, постоянно сдвигающихся относительно друг друга при каждом выданном знаке. У наших таких пятнадцать, что в 1942 году делает процедуру расшифровки практически невозможной.

Тем не менее, Москва постоянно настаивала на том, чтобы полковник перебрался в столицу.

— Геннадий Алексеевич, пойми же ты, что мы и сами здесь справимся. А ты там нужен и наверняка даже самым ответственным товарищам.

— Нет, Илья, я ничем им помочь не смогу. И доказывать что-то разным представителям ГБ тоже не хочу. А их много будет постоянно из ниоткуда возникать.

Трофимов по-прежнему не понимал, что кроме самих товарища Сталина и товарища Берии у власти находится множество партократов ниже уровнем. И многие из них захотят отличиться, «выведя Лесника на чистую воду, как иностранного диверсанта и шпиона». И сколько таких не сажай и не расстреливай, всё равно новые головы гидры будут вырастать на месте отрубленных.