Другое дело, что Межов сознательно решил перегнуть палку. Он настаивал на том, чтобы приписать трёх «тшихотшемников», внедрённых в последнюю группу, именно Матюнину. А значит и тем, кто его покрывает. Удар, конечно, наугад, но и Гена отморозок и готов на всё, чтобы ему не мешали воевать. И мозги не компостировали тупыми нотациями. А раздавить человека ему раз плюнуть, обвинив «ни за что».
— Ладно, Илья. У меня есть пара трофейных раций и я сам выйду в открытый эфир, раз ты к Т-600 не подпускаешь. Небось и до Ильичёва с Судоплатовым инфа дойдёт, а то и до Берии.
Вот так вот — никакой скромности и толерантности, типичный американский провокатор и шпион. Так советские интеллигентные люди не поступают между прочим. Они своим друзьям говорят о том, что доносить нехорошо, что это мерзко и ниже уровня достоинства. Поэтому и пишут доносы на тех же друзей тайком и анонимно, соблюдая деликатность. Они же не быдло из работяг и колхозного мужичья, чтобы прямо в лицо правду-матку громко говорить.
Впрочем можно сколько угодно недовольство проявлять, но кто-то должен быть мудрее…
Глава 23
Глава двадцать третья
Трофимов решил пойти на уступку, считая что Межов попозже осознает свою неправоту и даже извинится.
— Ладно, Гена, не надо. Давай официально рапорт отправим, устал я тебе доказывать. Но помни, ты неправ, это не по-товарищески. Мог бы здесь самому Григорию Ивановичу в лицо сказать. Если он ошибается, то сам признал и исправил бы свои ошибки.
Через ЗАС-аппаратуру ушла объёмная кляуза на последнего посетителя, «проявившего себя врагом народа». То есть, шпионом под видом партийного функционера, попытавшемся внедрить своих агентов в секретное учебное подразделение. Такой рапорт самому Матюнину не понесут, доставят тому, кому адресовано. А уж самое верхнее руководство свои меры примет, чтобы во всём разобраться.
Межов прекрасно знал, что порой эфирная война приносит более серьёзные результаты, чем боестолкновения. И ничуть не жалел, потратив изрядно времени на донос. Так что, когда донесение дошло до Ильичева, тот сразу же связался с Судоплатовым. Раз тому тоже положена копия. И не важно, что поделился инфой с разведкой НКВД, а не с контрразведкой, как положено.
Дальше колёсики быстро завертелись и все связи Матюнина были проверены под микроскопом. Заодно за ним установили слежку, выявив его контакты и лишь затем арестовали. Ну и тех, кому Григорий Иванович передавал «по-дружески» некоторую секретную информацию, так же вывели на время за скобки. Обе «крыши» начали каяться и сдавать своих подручных в различных других ведомствах.