Майор Рунге наконец-то добился успеха, разбомбив стоянку хуторян, так и не ушедших слишком далеко. Трофейный «Лось» накрыл их бивак между болотами. Прибывшая через день команда нашла свежие могилы, разнесённые в щепки повозки и следы, уходящие на юго-восток. Гоняться за отдельной повозкой не стали — поспешили отчитаться об окончательном разгроме партизанского отряда. Тем более, что диверсия с аэродромом не входила в зону ответственности коменданта Себрицы, а других проявлений русской активности вроде не было. Уничтожение продовольственной команды посчитали чисто междеревенскими разборками за еду и просто наказали старост трёх ближних сёл. Рассказ женщин о людях в камуфляже мешал позитивной статистике, поэтому их заткнули, пригрозив расстрелять за паникёрские настроения.
Обер-лейтенант Гильт внёс свои поправки и отметки, как на карту, так и в тетрадь — справедливо ожидая, что его время скоро придёт. Особенно его удивило применение чего-то вроде кампфпистоля, но гораздо мощнее. То ли винтовочный, то ли вообще непонятный? Даже мысль закралась, что в этих местах действует не русская группа, а вполне возможно, заброшенные англичане или американцы. Тогда становится понятной бессистемность диверсий, как и использование беспроводных детонаторов при минировании. Впрочем информации пока слишком мало — следует подождать очередных действий группы. Офицера абвера не волновали возможные жертвы, ему нужна статистика, а не бессмысленные предупреждения, которые всё равно никто не хочет слышать наверху.
Комендант Листвяничей отправил целую роту, собранную буквально по сусекам, для прочёсывания леса к югу от городка. Воздушная разведка ничего не дала, а верить в малочисленность партизанского отряда, разгромившего целую авиабазу, никто не будет. Так что никуда русские окруженцы (или кто там?) не денутся — зачистка научит их уважать мощь вермахта. Карателям даже миномёты выдали с добротным боезапасом, а для сопровождения — ещё и три «ганомага».
Межов, по-прежнему не имеющий инфоподдержки, прозевал возможность разжиться хорошим запасом мин, столь эффективно показавших себя в ночных вылазках. Правда, ещё месяц и все устройства ночного видения придут в негодность — батарейки теряли заряд. А без них не будет корректировки (пока бочки с топливом на очередном объекте не взорвёшь), хоть осветительные ракеты отбирай у фрицев.
Через три дня, тихоходная мобильная группа достигла «зоны риска» — железной дороги с сопутствующими вырубками, техзонами и населёнными пунктами. А также патрулями, пусть и расслабившимися, и регулярными авиационными вылетами на фронт и обратно. Второстепенная одноколейка разгружала основную транспортную линию из Бреста на восток и пока не простаивала. Слишком много поставок вслед развивающемуся наступлению — обратно лишь техника на капремонт.