Константин Панченко, 27 лет

Текущий статус: коммерческий директор.

11 уровень социальной значимости.

Класс: манипулятор 6 уровня.

Не женат.

Замечен в противоправных действиях!

Отношение: Враждебность 15/30.

Интерес: 83 %.

Страх: 11 %.

Настроение: 88 %.

Панченко явно время зря не терял. Три недели назад он был восьмого уровня социальной значимости, это я помню точно. Но как он так резво прокачался? Неужели партизанская война против меня и моей компании так высоко оценена, что дала ему несколько левелапов, или как там растет уровень у тех, кто без интерфейса? Или же он сделал что-то очень важное для общества?

— Вам помочь? — обернувшись, вижу официантку. — Вас ожидают?

— Э…

— Какие люди! Господин Панфилов! Вот так встреча! — на мое плечо опускается рука Панченко, а сам он обращается к официантке: — Девушка, мы сами разберемся, спасибо!

— Константин? Не ожидал вас здесь встретить, — безбожно лгу я. — Как раз хотел к вам заехать, обсудить один вопрос.

— Что вы говорите! А я как раз освободился и могу уделить вам пять-десять минут, которые у меня есть до следующей встречи. Присядем? — он садится, и я устраиваюсь напротив. — Встреча за встречей, клиент за клиентом… Только и успеваем товар отгружать. Вал продаж, поток бешеный! А у вас как дела? — он делает акцент на слове «вас». Его улыбка словно приклеенная, да вот глаза не улыбаются, а цепко смотрят, оценивая реакцию, мимику и считывая данные.

— О, у нас все превосходно! — отвечаю ему такой же улыбкой, вливая всю уверенность, что у меня есть.

— Правда? — едва заметно хмурится Панченко. — А я слышал, проверки у вас, клиенты от вас бегут…

— Клиентов новых найдем, проверки ничего не дадут. Медведя комар пытался укусить, да хоботок обломал, слышал такую байку?

— Не понял…

— Все ты понял, гнида ты мелкая! Слухи о нас распускаешь, урод? Соркин мне все рассказал, можешь не увиливать.

С каждым моим словом его улыбка все шире и шире.

— А ты злишься… Ха-ха! Значит, все правильно я сделал! — посерьезнев, восклицает Панченко. — И, поверь мне, я на этом не остановлюсь! Я умею убеждать людей! Я и тебя и компанию твою с дерьмом смешаю!

— Сам сначала отмойся, смешиватель… Смердишь.

— Ну-ну. Ладно, некогда мне тут с тобой любезностями обмениваться, — он говорит куда-то в воздух, потому что глаза его бегают, словно он осматривает пространство вокруг меня — слева, справа, сверху…

Сверху! Я открываю подробный профиль Панченко, раскрываю список его навыков и быстро мотаю. В самом низу окна есть интересная пометка.

— Я вижу, для тебя очень важен этот разговор, — говорит он. — Тебе, наверное, интересно, за что? Почему я так поступаю? Я скажу тебе, почему…