Дила’Ага сосредоточенно поглощает тираннозавра целиком. Будь тираннозавры разумны, им такое не приснилось бы в самом кошмарном сне — чтобы их вот так, как какую-то мелочь…

Перехватываю второго друга другой рукой, прикидываю расстояние, смотрю на растекающуюся магму под ногами и на светлеющее небо на горизонте, разгоняюсь и прыгаю. Длины прыжка хватает, чтобы зацепиться за шип. Подтягиваюсь и забираюсь на него, ежесекундно рискуя свалиться. Пробую «Ошеломление», но оно не срабатывает. Плевать, бью. И еще. Оба удара проходят — угадал с уязвимой точкой!

Ты нанес урон Дила’Аге: 2082.

90 % урона поглощено броней. Эффективный урон: 208.

Проверка на вероятность мгновенного убийства (шанс 4 %).

Испытуемый, проверка провалена!

+1 % к шансу мгновенного убийства с каждым ударом (5 %).

Ты нанес урон Дила’Аге: 1845.

90 % урона поглощено броней. Эффективный урон: 184.

Проверка на вероятность мгновенного убийства (шанс 5 %).

Испытуемый, проверка провалена!

+1 % к шансу мгновенного убийства с каждым ударом (6 %).

Нанести еще удар не успеваю. Нанесенный урон делает меня приоритетной целью, монстр выстреливает щупальцами вдоль тела и сносит меня с шипа. В полете успеваю активировать «Уклонение» и сразу следом «Коварную тень», после чего мгновенно оказываюсь на спине червя. Уйти в «Незаметность» не выходит — способность не срабатывает. Единственное, что мне остается — бежать по спине босса, огибая шипы, чтобы спуститься туда, где у него уязвимое место.

Нос и горло забивает резким едким запахом гари. Одним морганием смахиваю так не вовремя появившееся системное сообщение:

Тревога! Проникновение на территорию!

Испытуемый, враг близко!

Ох, некстати, нельзя умирать, когда на моем единственном гексе уже кто-то шурует. Стоит мне об этом подумать, как тело червя начинает вибрировать. Бежать уже не получается, слишком сложно сохранять равновесие. Спина бугрится нарывами и взрывается кратерами, из которых ядерными грибами вырастает черный дым и плещет лава. На очередном шаге нога подгибается, попав в открывшийся кратер с бурлящей магмой. Червь «потеет» огнем, шипы вокруг смыкаются, запирая меня, и все, что мне остается, это просто сгореть заживо.

В отчаянии продлеваю агонию последним возможным повышением уровня, чтобы скинуть кинжалы в рюкзак.

Ты умер, испытуемый.

Осталось жизней: 1.

До возрождения: 3… 2… 1…

* * *

Пережив в Великом Ничто посмертную боль сгорающего тела — дежавю, вспоминаю свою первую смерть на Пибеллау от плевка Крекеня, — я возрождаюсь в убежище. Под куполом никого, но не сомневаюсь, что враг в двух шагах от базы.