— Да я могу и так! — делаю попытку дотянуться зубами до колбасы.

Девушка разжимает объятия, чем я незамедлительно пользуюсь, чтобы откусить еще.

— Фил? — она строго смотрит, приподняв бровь.

С неохотой возвращаю добычу, и мы проходим в кухонный отсек. Настя шуршит пакетами, с грохотом открывает задвижки в поисках ножа, достает тарелки и начинает готовить.

— Расскажи мне об Испытании. Как тебе удалось?

— Вы разве не наблюдали за нами?

— Нам с Виницким была доступна только статистика, судя по которой каждый день Испытания мог стать для тебя последним. Тем неожиданней стала твоя победа! Жаль, ты не видел, как радовался и орал Ник! — улыбается она. — Мы за тебя очень болели!

— Ага, понял. Тогда расскажу все, что пережил, Насть. Дай только поесть, а то у меня уже кишка кишке бьет по башке…

Сожрав, а иного слова и не подобрать, все, что принесла Илинди, я чувствую, как слипаются глаза. За открытыми нараспашку окнами щебечут беззаботные птички, и постепенно просыпается город: пиликают открываемые двери автомобилей, шуршат метлами дворники, заводятся и выезжают со двора жители, — а я слушаю обычный утренний городской мотив, и он кажется мне совсем нереальными. Синдром после Испытания, где все было другим: неземные звуки, краски, запахи…

Заметив мою вялость, Настя использует на мне свою способность исцеления. Сонливость сменяется бодростью и оживлением. Показатели духа, настроения и уверенности накручиваются до ста процентов. Интересный эффект, хлеще любых наркотиков. Впрочем…

— Знаешь, я мог бы и сам, — улыбаюсь девушке. — У меня есть «Регенерация».

Она нетерпеливо кивает, как мальчику, хвалящемуся своей первой поделкой из пластилина, и говорит:

— Я знаю. Но лучше прибереги её, пригодится.

На мой недоуменный взгляд она поясняет:

— У тебя наверняка много незавершенных дел. Спать времени почти не будет.

Я слушаю ее, но практически не слышу. Она опять выбрала не самый скромный образ, и близость будоражащей кровь женщины сводит с ума. С трудом удерживаю взгляд, не опуская его туда, где темнеет соблазнительный вырез, и тем более еще ниже, где поблескивают оголенные задравшейся мини-юбкой бедра.

— … И в это время тебе не вернуться.

Отгоняя низменные мысли, прокручиваю в голове её последние слова, вникаю и задаю вопрос:

— Но почему?

— Хфор же ответил на этот вопрос. В Селекции требуется твое непосредственное участие. Пройдешь ты её или нет — тебе придется провести остаток жизни в их настоящем, то есть в твоем будущем.

— А если пройду?

— Будешь участвовать в Диагностике младших рас.

— А если провалю Селекцию?