— Контракты в Африке, — отвечаю, но в детали не вдаюсь.

Самойлова… как понять этих женщин? То цепляются, то нос воротят. С пятого класса Маша всем и всегда напоминала, кто тут единственный еврей на потоке классов. Ух, стерва! Однако… мой выпускной выдался сладким как раз благодаря этой кареглазой бестии. Темнота моей комнаты, она мило прикрывает грудь руками, а я ещё не умею и не знаю, как обращаться с женщиной. М-да… хороша Маша, да не наша… но в тот вечер всё было иначе.

Затылок кольнуло от нехорошего предчувствия. Вскакиваю с места. Тело реагирует быстрее мозга. На одних рефлексах перехватываю чей-то кулак и выворачиваю, беря руку в болевой захват. Пинок в опорную ногу нападавшего, потеря им равновесия и сразу мордой в пол… в смысле в парту.

— А ты что ещё за чёрт? — спрашиваю и оглядываюсь. Противник один, класс никак на стычку не реагирует.

— Гришка, пусти! — шипит патлатый рыжий парень, пытаясь вывернутся. — Ай-ай! Ты же мне руку сломаешь, изверг.

— Гри-го-рий. Ты имя запомни, я потом в больницу заеду на гипсе распишусь, — выворачиваю руку ещё сильнее и давлю на локоть. — Отвечай давай, кем будешь?

Лицо вспомнить не могу. У меня точно был такой одноклассник⁈ Усиливаю нажим на сустав пленного… да не, не пленного, а просто малолетнего идиота.

— Ай-ай-ай! Стой. Федя… в смысле Фёдор Синицын я, — шипит рыжий. А, ну да, он же Синяк — будущий муж Маши. — Гри… Гриша… ты же мне руку сейчас сломаешь! Ай-ай-ай.

Слушаю вполуха, сердце колотится, руки действуют быстрее мысли. Ярость ещё не отпустила. Кодекс наёмника требует не оставлять врагов позади. Но и детей нам бить нельзя. Тем более выворачивать им руки и думать, как вправлять мозги на месте. Прислушиваюсь к себе… нет, меня беспокоит кое-что другое. Восемь лет службы по контракту только что дали о себе знать. Инструктора вбивали нам рукопашку в подсознание так, чтобы мы даже в бреду сражаться могли. А раз так, то всё происходящее не сон.

— Как был идиотом, так и остался, — пинком под зад отправляю Синяка подальше.

Не стоит бить мужа Машки у неё на глазах. Даже в такой ситуации, несмотря на его откровенную тупость, я готов проявить толику мужской солидарности. Весь класс тогда… в том прошлом, знал, что на выпускной Синяк остался ни с чем, а я Самойлову к себе домой увёл. Теперь… в свете новых деталей всё это смотрится глупо. Восемь лет не виделись, а Федя, как меня увидел, сразу в драку полез. Глупо! Видать, все эти годы обиду хранил за порушенные планы на выпускной.

Но теперь все мы вернулись в прошлое! От этих мыслей я заулыбался. Снова молод, жив-здоров и могу выбрать иной жизненный путь.