— Господа, не проходите мимо! — Торгаш взмахом руки указывает на ряд цинковых гробов у стены. — У нас есть эконом-модели с портативным кислородным баллоном. Сейчас в России вы ложитесь в такой цинковый гроб, и мы вас запаиваем. А через три часа выпускаем уже на территории Казахстана. И никакой проверки на границе. Вот вы, молодой человек! Подумайте о жене и ребёнке. За троих дам скидку.
Бледный мужчина призывного возраста сурово глянул на продавца. Затем обвёл взглядом жену и ребёнка. Супруга нервно сглотнула. На автомате считываю её взгляд.
*Вот уж, правда, говорят… любовь до гроба.* — А сама неуверенно кивает.
Мужчина обречённо вздыхает.
— Сколько?
— Пятьдесят тысяч за место, — казах довольно скалится. — Модель с тёплой подкладкой отдам за семьдесят. Такой удобной загробной жизни даже мой дед не видел! А жене твоей могу горячей еды в гроб положить.
Мужик зло сжал кулаки.
— В гробу я такие цены видал. — Он тряхнул головой. — У нас всего пятьдесят!
Казах понятливо поднимает руки.
— Т-тогда пятьдесят за всех троих. — В глазах торговца что-то промелькнуло, но покупатель не обратил на это внимания.
Мужчина достал из кармана смятую пачку денег и отсчитал последнее. Тяжело вздохнул и первым лёг в ближайший цинковый гроб. Рядом в фуру уже шла погрузка других «добровольцев», заплативших за незаконное пересечение границы.
Подошедшие рабочие тут же накрыли гроб мужчины крышкой и начали запаивать конструкцию. Торгаш, дождавшись появления первых сварных швов, улыбнулся ещё шире. Затем развернулся к шокированным этой картиной женщине и ребёнку. Его рука указала на два следующих гроба, стоящих рядом.
— Детской модели нет. Только стандартные!
— Нет-нет! Вы не так поняли, — запричитала женщина, пряча за собой сына. — Мы мужа просто провожать пришли. Правда ведь, Серёжка?
Невинно хлопая глазками, мать обратилась к ребёнку. В этот момент гроб с её мужем начал трястись! Внутри кто-то отчаянно матерился и, кажется, пытался выбраться наружу.
— Я так и подумал, — казах улыбнулся женщине и протянул ей часть денег. — Ваш муж сдачу забыл.
— С-спасибо. — Только взяв мятые деньги в руки, женщина поняла, что казах отдал ей всё, что муж заплатил. Деньги были настолько последними, что она помнила номера купюр наперечёт.
Снова обмен взглядами. У женщины непонимающий, у казаха спокойный.
*Иди уже, мать! Я на других заработаю.*
Глава 5 Возвращение легенды
Мир снова сжался в точку, и видение перенеслось в знакомый двор с пятиэтажками. Тот самый дядя Фёдор играет с малюткой-сыном лет четырёх, не больше. Дитё с улыбкой до ушей наворачивает круг на самокате вдоль детской площадки и затем подъезжает к отцу за новой порцией ласки. Другие детишки косятся на этого пацанёнка и недовольно сопят. А владельца самоката прямо-таки распирает от гордости.