По привычке огляделся, ища даты, время и хоть какие-то подсказки о том, где нахожусь. Недалеко на стене висит маршрутный лист полёта. Судя по маркировке, сегодня 17 июля 2025 года, и я оказался на борту разведывательного самолёта АН-30 аж 1979 года постройки… с-сука… ржавое летающее ведро с гайками возрастом в 46 лет!!! А предназначение этой летающей посудины — аэрофотосъёмка.

Кто-то настойчиво похлопал меня по плечу. Оборачиваюсь и вижу девушку. Темнокожая, подтянутая, одета в чёрный топик и штаны цвета хаки.

— Кадди? — вырывается из меня на автомате.

— Начало⁈ — Метла приблизилась, будто пытаясь заглянуть через глаза в саму мою душу. — Годы идут, а ты всё появляешься и появляешься. Сейчас середина 2026-го, мы над Тихим океаном, в районе Гавайев. Ты из какого года прибыл?

— Апрель 2019-го. Ты и я… мы же на ледоколе «Ямал-4»…

— Ой, всё, — Метла фыркнула. — Семь лет прошло, а ты всё такой же дотошный.

Не понял. То есть, я из «прошлого», а для неё сейчас «настоящее». Но если мы в видении будущего, то где Кадди-из-прошлого?

— Том, — Кадди чуть ли не со слезами смотрела на меня, будто видела нечто такое, чего не вижу я. — Чёрт возьми, как же я тебе завидую. Я вижу будущее, а ты входишь в него, будто пошёл на задний двор пивка попить с пацанами.

— Ты же со мной сейчас на сеансе?

— Не я! — Кадди хлопнула себя по лбу. — Ты и я воспринимаем время по-разному. Да, я могу заглядывать в прошлое на срок до сорока лет. Прошлое статично, понимаешь? А хронопоток будущего всегда меняется. Без тебя я дальше, чем на шесть месяцев не смогу заглянуть. Я то вижу, как карапуз Абама в пелёнках под стол пешком ходит. То события не дальше, чем на год вперёд. А ты… ты… вот скажи мне, как тебя закинуло аж на шесть лет вперёд! Мы в далёком для тебя будущем, а ты тут… ТУТ понимаешь⁈ А, точно…

Тут она снова хлопнула себя по лбу.

— Та диверсия на «Ямале»! Значит, ты перехватил контроль над моим хронопотоком видений. Не отвечай, знаю, что права. Ладно, проехали. — Кадди сжала зубы, закрыла глаза и завизжала. — Уфф, вроде отпустило.

Хотелось ляпнуть что-то очевидное: «А ты изменилась, Кадди» или «Фигурка у тебя теперь что надо». Но видя, как девушку эмоционально штормит, я забил на это дело. Да, я «стабильность» и могу её успокоить. Но оно мне надо? Здесь и сейчас в непонятном будущем?

— Все мы изменились, — Кадди, не веря собственным словам, покачала головой. — Про Лютера я вообще молчу. Ты не помнишь… точнее, ещё не пробовал. Доктор Гебеон, замена Крама, заставил нас заглянуть в январь 2026-го. Там… там всё плохо, Том. Настолько, что Апрель ушла разумом в свой Дворец Памяти и не вылезает. Она заблокировала или стёрла наши воспоминания о том сеансе «Мимира». Команда распалась. Чин-Чин уничтожила свой дар. А Герман стал помешан на поиске какого-то плато Ленг. Остались только мы с тобой.