Погибнуть должны были все! Боевой вирус — это оружие страшнее ядерного. Но тут сыграл фактор экстремального холода Арктики и короткий жизненный цикл заразы. Это спасло жизни экипажа, запершегося в рулевой рубке. Сыграл фактора Крама, редко спускавшегося в трюм ледокола. Если бы не его задумка с искусственной комой, никто из учёных не дождался бы прибытия команды спасателей от «Конкорда».
Сыграл и третий фактор. Командир бактериологической зачистки Дитрих Кальбон сколько ни думал, но так и не смог дать название этому феномену. Крам и учёные погибли бы, не будь этого самого фактора.
Те ребята из лаборатории в трюме!
Из их крови удалось выделить плазму и антитела к вирусу, затем оперативно провели её переливание. Только за счёт этого третьего фактора учёные и сам Крам смогли выжить.
За одно только применение вирусного оружия «Конкорд» жаждал найти и покарать виновных калёным железом! Сжить со свету идиотов, додумавшихся применять то, что НИКОГДА не должно применяться на людях. Один неправильный поток ветра, и всему человечеству мог настать конец.
Центр борьбы с последствиями применённого на «Ямале» вируса по тактическим соображениям оставили на ледоколе. Они трое суток предавали тела огню в кремационной печи. Их собратья в похожих жёлтых костюмах лечили выживших следующие десять дней.
Только четырнадцать дней спустя угроза повторного распространения вируса миновала. Карантин закончился! На борт «Ямала» сразу заступила вторая дежурная группа экипажа, врачей и учёных. А вместе с ними прибыла и усиленная полурота бойцов ЧВК «Сыны Войны». По их обмолвкам, Краму удалось узнать, что в лабораториях на ледоколах «Ямал-2» и «Ямал-3» произошли инциденты. Находящиеся на них лаборатории «Мимира» с их командами учёных полностью уничтожены. А корабль «Ямал-1» и вовсе пропал с радаров. Так что «Ямал-4» ныне единственная уцелевшая рабочая команда проекта «Мимир».
Всё это переболевший доктор Крам узнал из информационного пакета, принесённого мастер-сержантом Готье. Этот увешенный оружием вояка прибыл как глава вооружённой охраны.
Глава 4 Национальная идея
Shit is happens — так матерясь поговаривал Бездонный Фил, когда в автомастерскую общины пригоняли очередную сломанную в хлам тачку. Вот и сейчас shit is happens. Точнее, уже две недели, как happens.
Нас все эти дни держали в каютах экипажа, в которых стоял тошнотворный запах химии. Мы перестукивались, через переборки давая понять, кто где находится. В такие моменты взрослые из соседних кают начинали брюзжать: «Чего шумите, молодёжь!»
Разумеется, я в первый же день облазил всю выделенную мне комнатушку. Нашёл кем-то оборванный кабель спутникового интернета и приделал к нему кустарный коннектор витой пары.