— Потому, что завтра Пантелеич срочно прилетит с Пхукета и поймет, что он банкрот. Пирамида рухнет и похоронит под собой сотни тысяч вкладчиков. Может быть, миллионы. И среди них будут, поверьте, высокопоставленные. Вплоть до министров.

Николай Дмитриевич серьезно задумался. У меня же зазвонил сотовый. И это был Березовский.

— Как жизнь, как здоровье?

Я выругался про себя. Неужели прознал? Так быстро? Какая же ушлая сука! И тут же мне стало любопытно. Есть ли бабки Березы в МММ?

— Все пучком, Борис Абрамович, работаем, пишем законы…

Березовский предложил встретиться, прямо сегодня. Дескать, есть одна темка, надо бы перетереть. Юлил и крутил, конкретики не выдавал. Я согласился, пригласил в казино, но Абрамыч, к моему удивлению, отказался:

— У нас тут с коллегами по бизнесу небольшой подпольный бойцовский клуб есть. Телохранители деньги на ставках зарабатывают, а мы смотрим, кто самый крутой. Заглядывай сегодня, может, от тебя кто решится подраться. Подземная паркова СЭВа, в восемь вечера.

Я повесил трубку, задумался. На меня внимательно смотрели все присутствующие.

— Березовский звонил. Что-то пронюхал. Надо ехать.

— Раз надо — езжай, — пожал плечами Карась. — Мы тут покараулим.

С этим напутствием я сходил в кабинет Йосика — принял душ и переоделся. У Варшавера была своя комната отдыха с ванной, туалетом и большим гардеробом неношенных вещей. Я открыл пакет с новым спортивным костюмом Найк, захватил еще пару упаковок — вдруг кто из парней решит и правда помахать кулаками.

Уже через час был у СЭВа. Дума отсюда уже съехала на Охотный ряд, а потому здание опустело. Мы зарулили на подземную парковку, и наш Мерс встал в круг таких же черных представительских тачек. Ага, это, значит, у нас будет ринг.

Пыльный бетон, яркий, слепящий свет фар… В кругу уже махались двое молодых парней. Слышался приглушенный мат, хрипы.

Я увидел Березовского в компании со Смолевичем, Гохом и еще двумя олигархами из семибанкирщины. Они стояли у Ролс-Ройса Абрамыча, о чем-то перетирали тихо. Никто на дерущихся даже не смотрел.

— Драться будешь? — спросил я Рулю, вылезая из Мерина

— Если надо, буду, — равнодушно ответил здоровяк. — Только если что, тело сами прятать будете.

Я хрустнул пальцами, сделал двоечку в воздух. Сам сейчас с удовольствием встал бы в «ринг». Вспомнил тюремные драки — резкие, беспощадные… Эх! Молодость! Подошел к олигархам, поручкался. Смолевич смотрел хмуро, но руку пожал.

— Сергей, есть приватный разговор — мы с Березой отошли в угол парковки, и Абрамыч тут же начал мне втирать про СНК. Дескать, он в курсе проблем, насилие — не наш метод, надо всем договориться. За десять процентов готов был стать посредником между мной и западниками. Дескать, интерес к компании проявляет один крупный американский инвестбанк, он готов все урегулировать, и все останутся довольны.