Макс кое-как приспособился к передвижению на копытном транспорте и битый час рассказывал подробности своих поисков. Не слишком искушенная в компьютерных делах, в России подобных юзеров презрительно именовали «ламерами», принцесса хотела знать досконально, что и как произошло.

Когда приблизились к княжеской резиденции, и наездник-новичок с грустью думал, что к недомоганию от невесомости добавятся потертости с внутренней стороны бедер, Руслана огласила свои выводы:

— Я призвала на помощь твой метод — рассуждать как враг. Задалась вопросом: мог ли ты внести изменения в данные, отправляемые на анализ в Кречет.

— Разумно… Перед обвинением в фальсификации данных позволь слезть с кобылы. Пятая точка молит о пощаде.

Девушка протянула руку и придержала, чтоб Макс не грохнулся на мостовую как мешок с картошкой. Ладошка была нежная и очень приятная на ощупь. А уж на фоне воздержания после месяца регулярного шух-шух в Тремихе… Он отогнал шаловливые мысли и отпустил ее пальцы.

— И не получила ответа на свой вопрос, — продолжала Руслана. — Извини, буду вынуждена приказать Эйшер перепроверить результаты. Она наверняка разъярится, что ты обскакал ее на повороте, и будет искать любую уязвимость в твоих рассуждениях.

— Как считаешь нужным. Но к файлам ее допустит Зафир. Представь, уже минимум двое людей узнают неприглядную тайну.

— О соблюдении тайны… Ты отправляешься под домашний арест на время проверки.

Макс, без стеснения массировавший пальцами пострадавшие ягодицы, только вздохнул:

— Это и вся награда за раскрытый заговор? Лучше обратно в Тремиху — охотиться на волков. Обещанный чип не светит?

— Позже. И чип, и награда. Заодно восстановишься после полета.

* * *

Тремиха… Ведь там отбывает наказание его девушка, ожидаемая через полмесяца, вдруг вспомнила Руслана, обычно равнодушная к личной жизни княжеских подданных. Тут назревают эпохальные события, способные не только перевернуть Кречет, но и встряхнуть всю Рутению, а Макс, вспоминая Север, думает о какой-то подружке-уголовнице! Хотя… У него столько недель без женщины. Не удивилась бы, если бы он замутил интрижку с немолодой и не особо привлекательной Эйшер.

На саму княжну смотрит… странно. Взгляд, порой ласковый, иногда колючий, осуждающий. На секунду дольше необходимого задержал ее пальцы в своих, когда неуклюже сползал с кобылы. Не скрывает, что многое во владениях Всеслава ему не по душе.

Руслана почти на сто процентов была уверена, что ломщик не врет. Но проверка необходима, иначе останутся сомнения у отца. Неужели брат, родная кровь, пусть многоюродный, решился на саботаж? Так и до открытого бунта недалеко.