Поздно. Руслана гораздо более прошаренная, чем казалась раньше. Сто пудов видит его колебания. Доверив чрезвычайно важную тайну, точно озаботилась, чтоб информация ни при каком раскладе не вылезла наружу. Детская уловка с подчисткой базы данных для КПП теперь не прокатит. Наверняка план в общих чертах намечен еще до отъезда Макса в Чаронду. Но не посвящала в замысел, пока не привез в Кречет Энгу.

Если ей надеть экранирующий колпак на голову… Тоже не выход, исчезновение с радаров ее чипа наверняка спровоцирует алярм. Это в одиночку Макс выбрался бы лесами-полями-лугами и затерялся. С девушкой без вариантов.

Улицы Кречета в свете зажигающихся фонарей, недавно столь для него уютные после безобразного существования в подвалах Чаронды, теперь казались стенами тюрьмы. Семейству, сложившему чемоданы и готовому двигать, завидовал белой завистью: их, не обремененных важной княжеской тайной, преследовать не будут. Хотя… Если перевести несколько миллионов на тот же счет, что и при найме киллеров для устранения младшей ветви, князь и княжна способны достать если не всех, то очень многих.

Когда улыбался Руслане, разок мелькнуло желание свернуть ее нежную шейку. Увы, не наши методы. Тем более, тогда точно Энгу не вывезти.

Надо было не возвращаться из Чаронды. И ведь знал, что предстоит особое задание. Но не предполагал, что до такой степени безумное — захват орбитальной станции, не уступающей по размеру посещенной в прошлом месяце. Хоть локти кусай.

Энга была уже дома, магазины закрылись. Спешила что-то приготовить, чем очень гордилась, даже уперлась ладошками в Макса, когда тот бросился в наступление, распахнув объятия.

— Когда ты перестанешь склонять меня к шух-шух каждый раз как увидишь? Я ужин накрыла, поешь!

— Ужинал и в одиночестве.

— В одиночестве мог и меня вспоминать. В компании с правой рукой.

— Фу, пошлячка! Все равно ты лучше всех.

Позже, лежа в постели, Энга завела довольно странный разговор, для неё нетипичный.

— Когда ты мне сообщил о Кречете, я много читала и смотрела видосы про философию Радиславичей. Спросила у Глобы его оценку. И ты знаешь… Аргументы искусственных мозгов звучат убедительнее.

— Неужели?

— Человечеству для выживания совсем необязательно возвращаться к максимуму народонаселения в девять или десять миллиардов. Им планета точно была тесна, по крайней мере, на территориях, удобных для проживания. Если отбросить пустыни и тундру, комфортных земель не так уж много. Миллиарда на три хватит, не более. То есть эта цифра перекликается с нынешней численностью.