— Туда я их и веду, Прохор, — также тихо ответил ему я. — И предатели там не все, это не логично в плане траты подготовленных и верных немцам специалистов. Один, ну два. Остальные массовка, на которую у меня имеются свои планы.

На каждого незнакомца я наложил слабое заклинание, чтобы они могли пройти сквозь охранный периметр. Чары «выветрятся» из ауры через пару часов. То есть, предатели в группе даже не успеют отдохнуть и осмотреться после перехода по заснеженному лесу.

— Захар, они поживут у вас несколько дней, пока я не решу, что с ними делать, — сообщил я мужчине после взаимного приветствия. — Одежда у вас есть для них?

— Найдём, — пообещал он и следом уточнил. — Не новую, конечно, сами ходим в чиненой. Но чистую и без прорех дадим.

— Перед новой одёжкой пусть ещё помоются. Баньку давно топили? — влез в разговор Прохор.

— Да вот сегодня и топили, — ответил ему Захар. — Ещё не до конца должна выстудиться. Но мы ещё протопим и воды принесём, чтобы на всех хватило.

Баню евреи с помощью Прохора поставили буквально за неделю после того, как возвели срубы после заселения в лагере. Совсем маленькую, но на их семью её было достаточно. Семеро в неё не влезут, потому придётся мыться найдёнышам по очереди в два захода.

— Я завтра в середине утра зайду в гости. Особо много не болтайте при них, ясно? — сказал я.

— Разумеется, мы всё понимаем, — кивнул собеседник.

— Тогда до завтра, — попрощался я с ним.

Применять магическое лечение на гостях я не стал. Умирать они не собираются, а тратить магическую энергию не хочу на тех, кто может оказаться лазутчиком.

На следующий день в десять часов утра я входил в лагерь к «соседям», как их иногда называли Паша с Прохором.

Беседу я начал сразу с теми, у кого аура волновалась весьма примечательно. Правда, с первым я ошибся, это оказался не предатель, а обычный трус, которого ко всему прочему полностью сломали в плену. Ещё бы немного и он либо наложил бы сам на себя руки, либо перестал бы бегать от смерти и с покорностью барана пошёл к ней навстречу при первой же возможности. Хотя, учитывая, что рабочие и похоронные команды часто расстреливались немцами, скорее всего, он уже решил принять второй вариант. Устав бояться, прятаться и мечтать дожить до завтра. Всех я обрабатывал ментальными чарами

А вот в случае с двумя другими я попал в точку. Обеспечив их после беседы подчиняющими амулетами, чтобы засланцы не наделали дел, я продолжил вызывать в комнату остальных из их семёрки. Пятый собеседник меня удивил.

— Не знаю, как к вам обращаться, товарищ… — он вопросительно посмотрел на меня, после того, как уселся на табурет за стол напротив меня.