— Пусть попробуют, — ответил я. — Лес большой. А я в нём — свой. Чужого мигом замечу.
Он хмыкнул, пожал мне руку и уехал.
Василий остался. Мы стояли у машины, смотрели на тушу лосихи, которую мужики уже разделывали, чтобы отвезти на экспертизу.
— Жалко, — повторил Василий.
— Жалко, — согласился я. — Пойдём домой. Ужинать.
— Ты расстроен? — спросила жена тихо, когда я почти ничего не съел, так как в горло пища не лезла.
— Расстроен, — признался я. — Но не из-за браконьеров. А из-за лосихи. И из-за того, что такие люди вообще есть.
— Но ты их поймал, — она взяла меня за руку. — Значит, они ещё больше не навредят.
— Надеюсь, — сказал я. — Очень надеюсь.
Мы сели на диван, и Воланд устроился с краю, положив голову мне на колени.
— «Хороший пёс, — сказал Ратибор. — Верный. И умный».
— Знаю, — ответил я. — Потому и взял.
— «Теперь ты понимаешь, что такое лес?»
— Понимаю, — кивнул я. — Лес — это дом. А дом надо защищать. От всех, кто хочет его разрушить.
— «Тогда ты стал настоящим егерем, — сказал наставник. — Не по должности, а по сути. Поздравляю».
За убитую лосиху было больно.
Но я знал — завтра наступит новый день. И я снова пойду слушать лес. Потому что это — моя служба.
* * *
— Я понял, в чём секрет редкости Венериного Башмачка! — гаркнул Ратибор, да так неожиданно, что я чуть было за карабин не схватился, — Он растёт лишь в симбиозе с почвенными грибами! И это важно!
— Эм-м-м… И что? Где мы их возьмём? — постарался я сосредоточиться, старательно сделав вид, что его выкрик не стал для меня неожиданностью, а то кто его знает, прочувствует, и начнёт орать, как Шаляпин во время тренировок.
— Я предлагаю для начала грибницу груздей опробовать. Понятное дело, что немного не то, но вполне может сработать. Ты же помнишь места, где вы грузди собирали? Нам нужно раздобыть землю с тех мест, и поторопись!
— «Угу. Всю жизнь мечтал землекопом в лесу работать», — очень хотелось ответить мне наставнику, но деваться некуда.
Поехал копать, благо, недалеко.
Следы нашего похода за груздями сложно не заметить. Мы хоть и не вскрывали землю граблями, но перерыли всё знатно, пусть потом и закидали слоем хвои и листвы.
— «Во, вот здесь у них основа грибницы», — не удержался наставник, сканируя ближайший подлесок и обозначив мне место работы.
Мне же оставалось только вздыхать и копать, закидывая лесной грунт в вёдра, а потом тащить их к машине.
Глава 4
Из плохого. Мне на себе пришлось перетаскать через весь подлесок почти тонну лесного грунта, мной же и выкопанного. Из хорошего — краснокнижному растению грунт с грибницей зашёл. Теперь не нужно больше его магией постоянно поддерживать. Само по себе растёт. А магия, чисто, как стимулятор роста, и не более. Как по мне — несомненный успех!