— Ты перейдёшь уже к главному или нет?

Я слышала, что волки теперь стояли прямо за стенами. Просто мне не уйти. И хотелось понимать, как далеко он готов зайти.

— Прими одного меня, иначе придётся поделить тебя со всеми в стае. Ты не захочешь умирать, чтобы выжил твой брат, и не станешь сопротивляться. Потом посадят на цепь твоего брата. А того славного парнишку убьют у тебя на глазах. Ведь от его смерти твоя жизнь не зависит. Ему ты не позволила поставить себе метку, как позволила мне. Вот и славно. Твоя жизнь превратится в ад, Эррин. Или у тебя есть выбор…

— Что ты знаешь про ад? — я посмотрела в его чёрные глаза. — Что. Ты. Знаешь. ПРО АД⁈

Не удержалась и полоснула его когтями по наглой, начищенной морде. Волк отшатнулся, но в ответ не ударил. Какое благородство!

— Даже если бы ты сделал то, что обещаешь, я бы выжила. И нашла бы способ даже потом отомстить и избавиться от тебя. Я бы пережила что угодно. Потому что уже была в аду, чёртов ты ублюдок!

Мужчина казался растерянным. Не знаю, чего он ждал. Слёз и мольбы? Страха и просьб? Торга? Но явно не того, что я собиралась сделать.

— Тише, глупая, — он вроде бы даже пытался меня образумить. — Разве ты хочешь принадлежать сразу всем? Им разрешено не только брать тебя, но и ставить тебе метки… Тогда ты не сможешь сбежать наверняка… И убить всех…

Я расхохоталась.

— Всерьёз думаешь, что не смогу убить всех? А ты не казался мне глупым, волк. Теперь кажешься. Я могу что угодно. Запомни или запиши.

— Сладкая… — в его голосе послышалась тревога. — Что ты…

Волк не договорил. Или я не услышала. В моих глазах уже помутилось. Его метка горела огнём, и сейчас я ненавидела её. Слишком сильно… Настолько, что готова была вновь выкорчёвывать её со своего тела на живую, как тогда ножом. И вцепилась в неё своими когтями, раздирая кожу, желая как никогда избавиться от неё. Будь что будет. Я знала, каков риск. Понимала, что довериться ему — слишком глупо. И мой единственный шанс — метка на Нире.

Даже сама пропустила момент, когда сползла на пол.

— Эррин!

С глухим звуком упала на бетон щекой, а волк тут же оказался рядом на коленях. Он больше не был уверенным, спокойным и расслабленным. Он боялся. Наверняка того, что потяну его за собой. Он говорил, что я приму, не захочу умирать… Я не хотела. Но его метка уже на мне, а принимать я её перестала. И видимо мы оба знали, что сейчас может случиться…

Меня выгнуло дугой от агонии.

— Эррин! — рычал он и тряс меня. — Нет! Сладкая, что ты творишь⁈ Прекрати! Остановись!

Глупый волк не знал, что процесс теперь необратим. Я, кажется, всё же умру. Из губ по подбородку потекла алая горячая струя. Он уже не кричал, не трогал, а смотрел на меня с ужасом и пятился назад.