ничего делать, — ошарашил блондин. — Ты сделаешь все сама, в лучшем виде. Я практическим способом выяснил, заклинание не действует, когда все добровольно. Скоро его и вовсе снимут, а пока воспользуйся шансом вымолить прощение. Так и быть, если мне понравится, промолчу про твои любовные похождения и сомнительные наклонности. Ты невинной овечкой-то не прикидывайся, девственницу не изображай! Мне известно, на ком ты скачешь и чем еще за пределами спальни с ним занимаешься. Поверь, ни ректору, ни твоему отцу, ни Тайной канцелярии мои слова очень не понравятся. Так что выбирай! Сердце бешено заколотилось в груди. Лика практически задыхалась, но все же смогла выкрикнуть: — Тебе никто не поверит! — Давай проверим! Широко расставив ноги, Грегор смотрел ей прямо в глаза, наглый, уверенный в том, что все сойдет ему с рук. Напрасно старался: Лика не собиралась принимать омерзительные условия. Ее тревожило, не мог ли он в действительно видеть их на кладбище. Или нашел что-то из алхимических ингредиентов Раяна. Пока она спала или отсутствовала, Грегор мог сам или, кого-то подкупив, проникнуть в ее комнату и забрать их. — Я не собираюсь ждать до темноты! Либо делаешь сейчас и хорошо, либо я нанесу визит в Тайную канцелярию. Заодно художества твоего любовника покажу. Полагаю, канцеляристы ими очень заинтересуются. «Что же делать?» — билась в мозгу одинокая мысль. Перебрав все возможные варианты, девушка остановилась на запрещенном. Но для начала надлежало спровоцировать Грегора. — Можешь говорить кому хочешь и что хочешь. Заодно порадуешь родственников: уверена, они с радостью поборются за освободившийся титул лорда…. Как тебя там? Выдержка блондина дала сбой. Глаза налились кровью. — Ах ты!.. Лика не дала ему закончить. Она подготовилась и абсолютно осознанно воспользовалась обратной магией во второй раз в жизни. «Стацис» в слабой концентрации казался ей меньшим злом, чем риск привлечения к суду за лжесвидетельство для себя и длительный тюремный срок для Раяна. — Нравится? Присев на корточки, Лика склонилась над постанывающим от боли Грегором. — Хорошо запомни это ощущение и вспоминай всякий раз, когда соберешься навредить мне или моим друзьям. Как видишь, я прекрасно справляюсь сама и без чужой помощи могу отправить тебя на тот свет. Осознал или снова продемонстрировать? Я не только «Аквиром» владею. — Осознал! — простонал скорчившийся на грязной мостовой блондин. Казалось, у него болело все тело, словно десятки садистов пилили его изнутри. — Ты сам упал. Напился, запнулся