и не красавица, но перед гостем она предстанет со здоровым румянцем, а не с мертвенной бледностью. Девушка не стала покупать наряд для званого ужина. Зачем, если у нее есть фиолетовое платье с контрастными темно-розовыми оборками, которое прежде надевала только на новогодний бал. Платье кокетливо приоткрывало грудь, подчеркивало талию и красоту рук. И добавляло объема нижней части тела, так как под подобные платья в обязательном порядке надевалась нижняя юбка. Красиво, но жутко неудобно! Платье сшили дома, перед самым отъездом в академию. Лика подозревала — в надежде привлечь женихов к бездарной дочери. Пусть сегодня тетушка порадуется, очень уж ей нравилось это платье. Но на будущий новогодний бал Лика его не наденет. Она уже присмотрела новое платье — легкое, воздушное, словно пирожные в кондитерской госпожи Гратти. Если пошить с оборками, без кружева, останутся деньги на чашечку чая по воскресеньям. С кружевами, конечно, лучше, а еще с атласным салатовым поясом, но тогда придется питаться исключительно знаниями. Собственно, из-за воздушной бальной грезы Лика отказалась от выходного платья. — Добрый вечер, тетушка! Добрый вечер, дядюшка! Растянув губы в улыбке, Лика по очереди поцеловала в щеку обоих родственников и прошла в гостиную, где поджидал таинственный особый гость. Пока в столовой заканчивали последние приготовления, звенели посудой, он в пол-оборота к ней стоял возле камина с приветственной рюмочкой шерри в руке. — Мастер Энсис? — изумленно выдохнула Лика. — Чему вы так удивляетесь, Скотт? Я же обещал прийти. Она не могла пошевелиться, даже вздохнуть, зачарованно наблюдая за тем, как причудливо танцует пламя камина в его глазах. — Что же ты застыла на пороге, проходи! Дария подтолкнула Лику к дивану. Девушка запоздало сообразила, что окажется в опасной близости от Раяна, но другие места были заняты: дядя облюбовал кресло, тетя — правую сторону дивана. Оставалось смириться и скованно опуститься подле магистра, вперив взгляд в пол. — Изучаете породы дерева? Или интересуетесь, чем я чищу ботинки? Мое лицо выше, Скотт. Раян откровенно издевался над ней. Сцепив зубы, Лика подняла голову, вновь встретилась с ним взглядом. Теперь он больше не обладал былой магнетической властью, но Лика по-прежнему ощущала себя ужом на сковородке, то и дело одергивала оборки лифа. Вырез казался ей слишком большим, оттуда, сверху, Раяну наверняка все видно. Вдобавок подоспели другие гости, хозяева вышли их встречать, и они остались вдвоем. — Я уже понял, что у вас есть