книксен, пробормотала приличествующие случаю слова. Она с ужасом ждала вопросов об учебе или, что еще хуже, просьбы «показать что-нибудь этакое». Почему-то не обладавшие магией люди упорно требовали ее продемонстрировать. И что делать Лике, убить кого-нибудь «Аквиром»? — Спокойно! — Ухо обжег шепот Раяна; девушка ненадолго ощутила его ладонь на талии. Лике казалось, она проникла под платье, легла на обнаженную кожу, горячая, обжигающая, заставившая сердце и желудок поменяться местами. — Это всего лишь мэр, а не король. Магистр отнял руку, но девушке легче не стало. Место прикосновения его пальцев пылало, грудь предательски часто вздымалась. К счастью, никто, кроме Раяна, не заметил ее смятения. Неодобрительно качнув головой, он предупредил просьбу мэра «показать что-нибудь этакое» и невпопад спросил о введении налога на роскошь, чем заработал робкую благодарную улыбку спасенной девушки. Гости между тем прибывали, наполняли гостиную, и вскоре хозяева пригласили всех к столу. Пожелание Лики исполнилось: их с Раяном усадили по разные стороны, даже не напротив друг друга. Несмотря на репутацию, магистр занял второе по значимости место — по левую руку от хозяйки. Стул почетного гостя по правую руку от хозяина, разумеется, отдали мэру. Обсуждали скучные материи, в основном магическую науку. Изредка переключались на политику, экономические вопросы. Лика в общей беседе не участвовала. Тихо, как мышка, она орудовала вилкой, ограничиваясь односложными ответами на заданные из вежливости вопросы. О том, чтобы исповедаться перед родственниками, не могло быть и речи. Девушка в нетерпении посматривала на часы. Она заранее решила, что просидит тут час, а после сбежит. На улице стемнело, пока дойдет до академии, будет девять вечера, а там скоро отбой. Вдобавок что ей здесь делать, сидеть с постной миной? Но вот и восемь. Пора! Девушка промокнула рот салфеткой и поднялась. — Дядя, тетя, — она покашляла, привлекая к себе внимание, — спасибо за прекрасный ужин и не менее прекрасную компанию, но я вынуждена… — Я провожу вас, сидите! — неожиданно подал голос Раян. — В общежитие вас тоже пустят. Лика медленно опустилась на стул. Зачем он?.. Понял, как ей здесь неуютно, и надумал продлить ее муки? Однако правила приличия требовали поблагодарить: — Спасибо, мастер Энсис. — Госпожа Скотт, — янтарные глаза задумчиво изучали ее лицо, — а что вам интересно? Вы ведь чем-то увлекаетесь? Господа, мы ведь не можем допустить, чтобы единственная юная особа за столом скучала. Увы, беседу о