— Конечно, можете, — рассмеялась Татьяна Васильевна. — Только вот интересно: откуда вы знаете, что у нас есть пруд?

— Так ведь бывал в вашей стороне, когда был ребёнком. Можно сказать, вырос в ваших краях, — усмехнулся я и пояснил. — После свадьбы моих родителей бабушка купила усадьбу Захарово — всего в двух верстах от Вязёмы. Каждое лето мы жили там всей семьёй и ходили в вашу церковь, потому что своего храма не было. Затем, после моего поступления в Царскосельский лицей, семья переехала в Петербург, а бабушка продала Захарово одной своей дальней родственнице и перебралась в Псковскую губернию.

— К сожалению, вашей бабушки в Захарово я не застала — мы получили Вязёмы по наследству только после войны, — задумчиво произнесла она. — Но вот с новой хозяйкой — полковницей Козловой — я знакома. Непростая женщина, но справная.

Женщина немного помолчала, затем добавила:

— Теперь же, раз уж так вышло, что мы соседи по прошлому, то тем более приглашаю вас в наш дом. Но теперь уже не только как князя Ганнибала-Пушкина, а и как соседа. Пусть и бывшего.

Я поклонился, принимая приглашение. Не потому, что особенно стремился в гости, а потому, что прекрасно понимал цену таким словам.

Ведь быть принятым в дом, где живёт человек, связанный с Романовыми — не просто любезность. Это признание. Что за этим последует — пока не знаю, но не отвечать же мне теперь Татьяне Васильевне отказом, как в том анекдоте: «Да иди ты на хрен со своей мясорубкой»⁈

К тому же, что-то мне подсказывает, что и к приглашению в Вязёмы, да и к самому отпуску Голицыных не иначе как приложила руку сама Императрица.

Не скажу, что при наладке производства красителей в Москве мы с дядьками вкалывали до потери пульса. Нет, конечно — не было никакого героического бега от цеха к цеху, чтобы всё вовремя успеть и ничего не упустить. Просто работали, как обычно: кто-то в поте лица своего, кто-то — с помощью Перлов, чтобы обойтись без пота вообще.

Да, кое-что пришлось достраивать буквально на лету, как тот же тарный цех, где запустили выпуск пластиковых бочек. Да, какие-то процессы потребовали доработки, а некоторые Перлы пришлось создавать, что называется " с нуля". Но это нормально. Всякое производство начинается с ошибок. Главное — чтобы ошибки эти были исправимыми, а не такими, что взрывают фабрику вместе с накопленным опытом.

Что интересно — ни разу не было такого, чтобы к вечеру ноги сами собой шли, не чуя земли. Не было такого, чтобы люди падали от переутомления, как после битвы под Бородино. Работали плотно, но с толком. У каждого был свой участок и своя задача.