— Кто? Звери? — слегка удивился лорд. — Вы зовете их зверями?

— Ну да… за глаза, конечно! Не дай бог услышат — убьют! Но между своими мы зовем их зверями. Они же помесь обезьяны и человека, так какие тогда «люди»? Ну и вот…

— Одного я не понимаю… — задумчиво протянул лорд. — Почему вы их не перебили⁈ Почему вы их не перерезали⁈ Как вы можете ТАК жить⁈ В голове не укладывается! Да лучше умереть, чем ТАК!

— Время от времени бывают восстания. — Капитан пожал плечами. — А что толку? Мы разобщены. Мы боимся. Вы правильно заметили — среди людей много доносчиков, которые за послабления, за лишний кусок лепешки донесут на кого угодно. Так и проваливаются восстания. Я сам по молодости участвовал в одном из них. Чудом уцелел, и никто не узнал, что я был у бунтовщиков. Иначе мне бы конец. Вам рассказать, что они делают с бунтовщиками? С их семьями?

— Не надо! — Лорд медленно помотал головой. — Я представляю.

— Ну и вот. Смысл какой тогда бунтовать? Мы можем только надеяться на чудо и жить, жить, надеясь, что все звери передохнут. Ну когда-нибудь все равно должно это закончиться⁈ Сколько можно⁈

— Действительно, сколько можно? — Лорд задумчиво посмотрел в иллюминатор на разгорающийся рассвет. — Ладно, давай обсудим, как нам захватить корабли. Делом займемся. А о вашей жизни еще поговорим. Позже.

* * *

Я смотрел на корабли с пригорка, с того, с которого не так давно наблюдал за лагерем врага, планируя свое безумное выступление, увенчавшееся успехом — к моему несказанному удовлетворению. Я умудрился не потерять ни одного человека, хотя и очень был к этому близок. Как и к собственной гибели. Если бы я не умел трансформировать свое тело, если бы не создал свою костяную «броню», закрывшую грудь, — мне пришел бы конец. Обкастованный берсерк вполне мог размазать меня, как соплю об мостовую.

Все-таки я не всесилен, увы. Я не бог. Но, может, это и хорошо? Быть богом — это так скучно! Ну… мне так кажется.

Засыпанную мной казарму раскопали, и к удивлению всех (и моему, в том числе), многие из засыпанных йети (с моей подачи это название прижилось легко и непринужденно) оказались живы, хотя и были очень слабы.

Убивать не стали. Пусть себе живут! Вот только на цепь их посадили. Кандалы — на ноги, на шею — и пусть себе таскают камни, копают, в общем — мучаются по полной! Ад вполне можно устроить и в этом мире. И эти твари его заслужили. Притом сотня могучих, практически неубиваемых рабов — это очень даже хороший капитал, хорошая помощь в восстановлении моего народного хозяйства.

Все-таки я лорд или кто? Поместье мое развалили! Людей моих частично сожрали, частично убили, а частично утащили в лагерь! Надо восстанавливать? Надо!