— А вы стояли и смотрели? — сердито буркнул я, и Карнук спокойно пожал плечами:

— Мой господин, мы пытались. Видите, у меня синяк и на правой скуле? Это госпожа Рила. А вон у Медора — видите, губа распухла? Так это лысая госпожа, не имею чести знать ее имени. Так что мы подумали, подумали и решили — подерутся, устанут, успокоятся. Зачем нам лезть под горячую руку? Вас звать не стали, вроде как опасность дому и не грозит. Поспорили девушки, так и помирятся. Правда ведь, госпожа Рила?

— Я ей вначале задницу порву, а потом помирюсь! — фыркнула Рила, морщась и ощупывая распухшее ухо.

— Я ее на кол посажу! За нападение на принцессу крови! — мрачно заметила Маурика, потрогала нос, охнула, и глаза ее тут же налились слезами. — Ох!

— Госпожа Маурика, а как к этому отнесется ваш отец? — осведомился я вкрадчиво, незаметно подав знак Риле, чтобы молчала и не вмешивалась (нахмурил брови и помотал головой — нет! ). — Вы пришли к его советнику, ворвались в дом, избили его слугу, набросились на его подругу, избили ее. Как это понимать? Вас приглашали в этот дом? Кто вам позволил набрасываться на его обитателей?

Принцесса прошипела что-то невнятное, среднее между«да пошел ты !» и 'давайте разберемся на месте' , и я сделал вид, что ничего не расслышал.

— Что? Не понял! Что вы сказали, принцесса? Не хотите, чтобы отец узнал о вашем поведении?

Маурика подняла на меня взгляд, полный ненависти, и холодным голосом, с интонациями, сверх меры наполненными пафосом (который портила гнусавинка из-за забивших нос сгустков крови), заявила:

— Это дело между мной и тобой, шаман! Не надо вмешивать сюда моего отца!

Ага. Девочке очень неприятно, и она не хочет, чтобы папа сделал ей а-та-та! Интересно, что он ей сделает? Лишит содержания? Не пустит гулять? Запрет в комнате? Вот правда, а как наказывают принцесс, которым вроде как можно все и вся? Или у меня неверные сведения о принцессах?

— Маурика, вы признаете свою неправоту?

— Она не должна была меня оскорблять! Как она посмела! Я — принцесса крови! А какая-то дрянь…

— Да я!.. — Рила трепыхнулась, но я тут же пресек поползновения:

— Молчать! Я говорю! И все молчат, пока я не позволю говорить! Это мой дом, и тут я решаю — кому говорить, а кому молчать!

Пауза. Все затихли. Ага, застращал!

— А скажите, Маурика, откуда она знала, что вы — принцесса? (Знала, знала, чертовка! Потому ее и обложила руганью! Хмм… взревновала, что ли? Решила, что я и взаправду трахнул эту девчонку⁈ ) Ты проникла на территорию моего поместья, как воровка, тайно! Обманом ворвалась в дом, избила моего слугу — что она должна была подумать?