Вахмистр пулей вылетел на улицу, я вышел следом. Еремей дремал на облучке.
— Гони домой, Ерёма, — велел вознице, усаживаясь в пролетку. — Пора готовиться к ночной прогулке.
Глава 21
С лесопилки я, Тимоха и Манджгаладзе выдвинулись ровно за сорок минут до назначенного времени. Грузинского князя пришлось взять с собой в качестве переводчика. В нашу первую встречу Секач говорил исключительно на китайском. Понятия не имею, это он принципиально кочевряжился или ни черта не знает русского. В любом случае проверять это в момент встречи — идея так себе. Поэтому Михаил поехал с нами.
А вот бойцы под предводительством Осеева выдвинулись раньше. Пешком. Через железнодорожные пути и пустыри. Им нужно было занять позиции, осмотреться и приготовиться.
До Южного оврага добрались быстро. Еремея оставили мерзнуть в перелеске за триста метров до мельницы. Дальше тоже двинули ножками.
Ночь выдалась ясной и злой. Ледяной ветер пробирал до костей. Снег скрипел под ногами так громко, что казалось, наши шаги слышит весь Харбин. Луна висела в небе холодным желтым пятном. Она заливала мертвенным светом развалины старой мельницы.
Мрачное место. Огромный деревянный сруб почернел от времени и сырости. Крыша просела. Половина досок сгнила. Рядом торчат остатки водяного колеса, которое вмерзло в лед небольшой речушки.
— Атмосферненько… — тихо высказался я себе под нос.
— Соглашусь, пожалуй, — кивнул Михаил.
Тимоха покосился на нас обоих, хмыкнул, но от комментариев воздержался.
Подошли к главному входу, осмотрелись. Двери отсутствовали как явление. Причем, судя по всему, давно.
Я прислушался. Ветер завывал в щелях, где-то наверху скрипела оторванная доска. Больше ни звука. Значит, Черный Секач оказался не таким предусмотрительным, как мы. Решил не заморачиваться с предварительной разведкой. Людей на подстраховку тоже отправлять не стал. Так уверен в себе? Ну или все гораздо проще. Он просто не считает князя Арсеньева угрозой.
Пожалуй, его излишняя самонадеянность мне только на руку. Когда противник недооценивает оппонента, он уязвим. Открывается для неожиданного удара.
Достал из кармана спичечный коробок, вытащил одну спичку. Чиркнул. Поднял над головой. Медленно поводил из стороны в сторону. Три раза. Думаю, Осеев с парнями наше появления и без этих сигналов заметили, но на всякий случай обозначил свое присутствие, как договаривались.
Со стороны примыкающего к мельнице оврага, сквозь завывания ледяного ветра донесся едва уловимый двойной свист. Короткий и сухой, больше похожий на вскрик какой-то очумевшей птицы. Потому как ни одно нормальное пернатое в такую холодину свистеть не будет.