Голова мага вяло качнулась, но реакции я не получил. Едва не выругался снова (ну не ногу же ему отрезать в самом-то деле⁈), но вовремя вспомнил про перстень. Впервые за все время возблагодарил Рам за такой подарок. Поднапрягся. Влил в проклятое кольцо несколько капель остававшейся во мне магии. А затем наклонился к его величеству с очень даже непочтительным воплем:

— Да твою ж драхтову мать! Карриан! Открой глаза!

Император вздрогнул и с тихим стоном попытался приподнять припорошенные снегом веки.

— Молодец, — обрадовался я и, склонившись над ним, торопливо пробормотал: — Не смей подыхать! Слышал, твое величество? Нет, не шевелись! Тебе нельзя! Все, что от тебя нужно, это создать одно-единственное заклинание. Такое, чтобы я мог его использовать и освободить тебе ногу. Всего одно, слышишь? Давай же, напрягись… одно усилие, и я постараюсь вытащить нас из этого дерьма!

Император уронил голову на снег, и я затряс его снова.

— Нет-нет-нет! Не спи! Еще нельзя… нельзя, я сказал! Карриан… да чтоб ты в жизни никогда свою невесту не узнал! Дай мне заклятье! Только одно! И больше я тебя не трону!

Вокруг ободранных пальцев его величества тускло засветилась крохотная черная ниточка, и я облегченно выдохнул:

— Молодец! Спасибо! А теперь спи, дальше я все сделаю сам.

Карриан, судя по ауре, снова провалился в глубокое забытье, но перед этим я успел выцепить созданную им ниточку и, напитав ее из собственных скудных резервов, без промедления жахнул по сжавшимся вокруг голени камням. Раздался взрыв. Во все стороны брызнули осколки. Скала под нами явственно задрожала. Но я успел подхватить его величество под мышки и оттащить в сторону до того, как сверху сошел еще один пласт снега и попытался нас похоронить.

— Вот так, — выдохнул я, благополучно спустившись вниз и уложив императора на снег. Печать к этому времени окончательно угомонилась, но легче мне не стало: император был откровенно плох. Следовало как можно скорее осмотреть его на предмет дополнительных ран, поставить на место кости, сделать шину, по возможности развести огонь и соорудить хоть какое-нибудь укрытие.

Сапог с поврежденной ноги пришлось срезать, потому что сам он слезать категорически не захотел. Правая ступня, как я и подозревал, сильно отекла. Лодыжки и впрямь оказались сломаны. Причем обе. Но кости голени сместились не так уж сильно, поэтому сопоставить их было делом техники, а меня в свое время старый егерь чему только не научил. Правда, подходящего материала для шины в снегу не нашлось, поэтому в качестве фиксатора пришлось использовать собственные ножны. Благо закрепленные на спине клинки я не потерял, а пущенная на ремни перевязь здорово выручила, позволив надежно зафиксировать сломанные кости.