Я тряхнул головой и вышел, надеясь, что с травами меня не обманули, и там действительно найдется что-нибудь стоящее. Потом еще часа на два застрял, разбирая тряпки и прочее добро, которого мужик приволок на удивление много. После этого я соорудил для Карриана нормальную постель. Максимально осторожно переместил его туда, раздел, обмыл, заново перевязал раны. Слегка успокоился, обнаружив, что за остаток дня нога хуже не стала. Наконец, укрыл его величество до подбородка толстым шерстяным одеялом. Впихнул ему в руки зевающего щенка. После чего встал, оглядел грязный пол, пыльные окна и кое-как покрашенные стены. И с новым вздохом закатал рукава: это, конечно, не императорские хоромы, но нам тут придется какое-то время жить. И вряд ли его величеству, проснувшись поутру, захочется дышать пылью или созерцать грязь, которую, похоже, не убирали годами.
Да, я тоже устал.
Да, и меня сегодня изрядно потрепало. Но все же я заставил себя нагреть еще воды, перекусил тем, что дали местные, на скорую руку привел в порядок хотя бы одну комнату и только после этого решился подремать.
Правда, поскольку кровать была одна, и места на ней не хватило, а на печи было слишком душно, то спать я завалился на волокушу, предварительно кинув на нее пару одеял. Уже закрывая глаза, мельком подумал, что и впрямь веду себя как верный пес, но эта мысль, как ни странно, не вызвала отторжения. И я заснул, чувствуя себя на редкость спокойно и совершенно точно зная, что сегодня сделал для императора все, что возможно.
Глава 13
Проснулся я еще затемно, от духоты и одуряющего хвойного запаха, который до краев заполонил прогревшуюся комнату. Потерев гудящие виски, я поднялся, проверил ауру императора и всерьез задумался, а не открыть ли окно, но потом посмотрел на порозовевшее лицо Карриана и передумал. Это мне здесь жарко. А ему, скорее всего, только-только. Так что я лишь смочил ему губы водой, поправил одеяло и, потрепав по загривку сонно зашевелившегося волчонка, ушел заниматься насущными делами.
Пока на улице медленно и неохотно занимался рассвет, я привел себя в порядок, почистил печь, нагрел воды, убрался в первой комнате, наскоро перекусил холодным мясом, хлебом и вареными яйцами, которых нам подарили целую корзинку. После чего нашел в сенях лопату и отправился чистить снег, которого за ночь навалило прилично.
Перво-наперво прочистил дорожку до сортира, который, естественно, находился на улице. Затем отрыл тропинку к калитке — на случай, если у нас появятся гости. Проверил досконально поленницу, отобрал для себя несколько подходящих досочек. Выкопал в сенях пилу, молоток, смастерил из досок более удобные лубки, чем мои ножны. Только после этого вернулся в дом, скинул с себя грязную, пропахшую потом одежду, наскоро вымылся, с непривычки облив весь пол, который затем снова пришлось вытирать. А когда натянул чистые штаны, оказавшиеся на пару размеров больше, чем надо, на улице раздался скрип снега, а еще через некоторое время в дверь гулко бухнуло.