Меня никто не остановил, когда я без особой спешки выехал за ворота. Хозяйская одежда, хорошо знакомая перевязь, именное оружие, связка артефактов, аналогичная той, с помощью которой Валья в свое время ввела в заблуждение целый дворец. Принцип работы этой штуки я прекрасно знал, поэтому без проблем сумел ее активировать. А что еще нужно, чтобы спокойно покинуть ночью чужой особняк?
На обещанные графенком патрули я тоже наткнулся, причем все они были усилены дежурными магами. Меня раз шесть остановили по пути к городским воротам, но, похоже, сама Рам благоволила мне этой ночью, да и про проделки графенка еще никто не догадался, поэтому ни моя внешность, ни аура подозрений не вызвали.
— Господин, ворота закрыты, — загородил мне дорогу дородный стражник уже на самом выезде из столицы. Последнее препятствие на пути к маячившей впереди свободе. — Приказ императора: никого не пускать, никого не выпускать до особого распоряжения.
Гнедой конь подо мной сердито фыркнул и нетерпеливо топнул копытом.
Сейчас. Погоди, дружок, скоро мы выберемся из столицы, и ты сможешь показать все, на что способен.
— Господин? — неуверенно переспросил стражник, когда я наклонился и потрепал справную конягу по шее.
— Да. Я слышал. У меня есть пропуск. Граф эль Нойра.
Порывшись за пазухой, я ненароком выронил в грязь белоснежный платок с графским гербом и инициалами «Э» и «Н», а затем протянул стражнику аналог здешнего удостоверения личности и подорожную на предъявителя, которую добыл в кабинете ныне почившего графа. Оказывается, урод имел разрешение от императора на беспрепятственный въезд и выезд в любой населенный пункт империи. Более того, готовился к скорому отбытию из столицы, поэтому держал в тайнике несколько мешочков с монетами различного достоинства и драгоценными камнями, которым я искренне порадовался.
— Прошу прошения, ваше сиятельство, — ознакомившись с бумагами и внимательно изучив мое лицо, вояка все-таки отступил с дороги. — Проезжайте.
Я надменно кивнул, ткнул гнедого пятками и рысью направил его к воротам, гадая про себя, на сколько хватит действия амулета иллюзий. Уже снаружи набросил на голову капюшон. Скрипнул зубами, когда застоявшийся в стойле мерин взял с места в карьер, но не стал его останавливать: рано. Чем быстрее и дальше смогу убраться от столицы, тем лучше.
Так что скачи, гнедыш… скачи…
Все равно у меня теперь нет другой дороги.
Эпилог
Бывают дни и даже годы, когда кажется, что ты полностью опустошен, твоя душа перегорела, и ты попросту мертв, хотя какое-то время еще можешь ходить, говорить и даже неплохо при этом выглядеть. Ты вроде бы существуешь, но уже по-настоящему не живешь. Пока еще можешь видеть, слышать, но почти ничего не чувствуешь. Хотя нет, все-таки чувствуешь, но очень слабо, словно то, что могло быть сожжено, уже сгорело, а то, что осталось, медленно доживало свои последние мгновения.