Тот подошёл нерешительно, переминаясь с ноги на ногу.
— Где та фура, в которую эти тачки вмазались? — спросил инспектор, выпуская густые клубы дыма и кивая в сторону искорёженных машин.
Младший сотрудник молча поднял дрожащую руку и указал на стоящую неподалёку спортивную легковушку.
Машина выглядела почти невредимой: лишь небольшие царапины и разбитая фара нарушали её идеальный облик.
У Всеволода челюсть отвисла настолько, что сигарета чуть не выпала изо рта. Напарник же только издал невнятный звук, напоминающий смешок вперемешку с икотой.
— Это шутка такая? — наконец выговорил инспектор, ошеломлённо уставившись на молодого полицейского.
В голове не укладывалось, как эта маленькая спортивная машина могла оставить после себя такой кровавый хаос. Младший сотрудник лишь пожал плечами, будто извиняясь за причуды реальности.
— Свидетели говорят, что она мчалась, как ракета, — пробормотал он.
Всеволод провёл рукой по лицу, ощущая щетину и усталость от бесконечных ночных смен. — Чудесно. Теперь у нас убийственная легковушка. Осталось только написать об этом отчёт и не попасть в психушку, — с горькой иронией в голосе заметил он, сплюнув на асфальт.
Напарник тоже хмыкнул, пытаясь вернуть себе самообладание.
— Да, похоже, грузовики уходят в прошлое. Теперь молодёжь давит друг друга на спорткарах. Эволюция, что ли…
Инспектор бросил окурок на землю и раздавил его каблуком, наблюдая, как маленькая искра гаснет в темноте.
— Ну что ж, займёмся бумагами. Хотя, боюсь, никто нам не поверит, — он поправил ремень на своей форме.
Оба направились к разбитым автомобилям, и Всеволод почувствовал, как холодная прохлада ночи обвивает его своими влажными объятиями.
— Интересно, чтобы сейчас сказал мой психотерапевт? Наверное, посоветовал бы сменить работу. Или перестать курить. Хотя после такого впору начинать пить, — промелькнуло в голове инспектора.
Он усмехнулся и, несмотря на всё происходящее, почувствовал привычное циничное спокойствие. В конце концов, если не смеяться над капризами судьбы, то можно и с ума сойти…
Глава 19
— А Маша дома? — стоило нам вернуться, как на пороге нарисовался однокурсник Дамир с цветами в руках.
— Скажу тебе по секрету, — я положил этому коротышке руку на плечо, — ты её не потянешь, — мой голос был очень серьёзен. — Потому что даже я хочу её убить частенько, а я, между прочим, очень невозмутимый тип. Так что если не хочешь схватить инфаркт раньше времени, то оставь это гиблое дело.
Дамир оказался на редкость неглупым парнем: кивнув, он выбросил цветы в мусорку на улице и побрёл прочь.