Все замолчали, уставившись на меня, как на сумасшедшего.
— Ты серьёзно? — выкрикнул кто-то из толпы. — Что мы можем сделать? У нас даже связи нет!
— Именно, — кивнул я с решимостью. — У нас ничего нет, кроме наших острых умов, способностей решать проблемы и… наших Даров, — про их «острые умы» я, конечно, перегнул, но хотелось их немного подбодрить.
— Да, я поддерживаю Добрыню! — вставила сестра, скрестив руки на груди. Её глаза блестели, и было видно, что она возвращает над собой контроль.
Некоторые начали переговариваться между собой, атмосфера немного разрядилась. Если уж нас забросили в реалити-шоу без камер, то стоит хотя бы попытаться выжить…
Глава 5
Попивая сладкую кокосовую воду, смакуя каждый глоток — кокос попался действительно отменный — я вглядывался в горизонт. Хотелось верить, что оставшееся на острове время подарит нам долгожданный отдых. Но, судя по всему, удача от нас отвернулась, если горящие имперские корабли можно считать таким знаком. И что-то мне подсказывает, что можно…
Из приятного было лишь то, что Маша перестала называть уродливую конструкцию из палок своим домиком и разделила со мной запечённую ногу кабана. Чувствую себя настоящим родителем: наконец-то моё дитятко вразумилось и поело. А ещё радовало, что я раздобыл краба и съел его в одиночку…
— Эй, а мне? — сестра тут же ударила меня ладонью по запястью.
М-да, похоже, не один… Но это ладно, пусть ест на здоровье. Я отпил ещё сока и порадовался ещё одному факту: все эти нападения на имперские корабли явно не связаны со мной. Не может же моя персона быть настолько значимой для врагов, чтобы они развернули столь масштабную и рискованную операцию. Хотя, если это всё из-за меня, то мне было бы даже лестно.
Но, скорее всего, это местные пираты решили прибарахлиться добычей. Правда, если здесь обитают пираты, а Империя явно об этом знала, то какого чёрта нас тогда отправили сюда?
— Ребят, слушайте, а что если весь этот цирк с нападением — всего лишь часть нашего испытания на острове? — с азартом высказался вдруг напыщенный граф Дмитриев.
— Включи голову, — цокнув языком, Виктория закатила глаза. — Если ты, конечно, вообще знаешь, как, но, судя по всему, ты ею никогда не пользовался. Ночью на берегу против нас сражались настоящие люди, и все они умерли. Можешь даже их тела палкой потыкать, если тебе это поможет осознать всю картину случившегося.
Похоже, у Вики накопилось что-то к нему или… или ко всем парням? Не понимаю, если честно, почему она так на нашего Дмитриева взъелась, ведь даже я уже привык к его выходкам и придиркам, особенно к тупости. Но Вика при этом и на меня как-то раздраженно смотрит: неужели жизнь на острове не понравилась ей?