— В смысле, двенадцать владений? Что? Что это за мошенники пишут! — выкрикнул он, заставляя остальных тоже вглядеться в экран. — Тут пишут, что у Добрыни двенадцать особняков.
— Здесь также указано, что у него имеется скрытый счёт в банке, — улыбнулся Артур. — Чёрт, ведь открыть такой счёт может только тот, у кого на нём больше миллиона лежит. Причём никто из нас не сможет увидеть, сколько конкретно.
— Ага, а ещё у него записана куча бытовой техники и есть машина, — подметил Леонид, смакуя вино.
— Но этого просто не может быть! Откуда? — глаза Валерия широко раскрылись, и он пролистал отчёт дальше.
Внизу имелась кнопка «Распорядиться имуществом». Отец нажал на неё, чтобы узнать более конкретные данные, но на экране высветилось: «У вас недостаточно прав. Добрынин Добрыня Валерьевич изгнан из вашего Рода».
Глава 21
Москва
В обширных императорских садах воздух был наполнен ароматом редких цветов, пока император наблюдал за величественными соколами, парящими в вышине. Элита воинов демонстрировала свои боевые навыки на лужайках, их движения были отточены и точны. Слуги, число которых было бесчисленно, стояли незаметно среди живых изгородей, готовые служить или защищать в любую секунду.
Император Пётр Александрович, высокий, почти под два метра ростом, стоял, наблюдая за происходящим. Его аккуратно подстриженная борода дополняли суровый взгляд. У бедра висела искусно изготовленная сабля, а за поясом были заткнуты два украшенных пистолета.
Погружённый в свои мысли, он едва замечал шум тренировочной площадки. Но его внимание привлёк появившийся его верный советник — Глеб Михайлович.
Увидев его, император постучал своей резной костяной тростью по каменной дорожке. Мгновенно воины прекратили тренировки, а слуги растворились в тенях сада, оставив их наедине.
— Говори, — повелел император, глядя на Глеба из под темных бровей.
Без слов Глеб протянул запечатанный пергамент. Император, привыкший читать быстро, пробежал глазами документ и вскоре вернул его.
— Итак, Род Добрыниных поспешно продал своё имение и бежал из Империи, — с лёгким безразличием произнёс Пётр Александрович. — Зачем мне беспокоиться о делах простого Рода? Это на тебя не похоже, Глеб Михайлович, тревожить меня по пустякам.
Советник, облачённый в свои обычные тёмные одеяния, погладил седую бороду и позволил едва заметной улыбке появиться на губах — жест, не ускользнувший от взгляда императора.
— Неужели один из сыновей неожиданно получил ранг S? — голос императора обострился. Он ценил силу превыше всего. — Значит, они намерены предложить свою верность другой державе? Предатели Империи, — заключил он, нахмурившись.