— Я ещё не настолько стар, чтобы утратить остроту ума, — с улыбкой произнёс Пётр Александрович, вращая в руках изящный перстень. — Распространите в нужных кругах весть, что завтра я собираюсь лично встретиться с этим молодым человеком.

— Ваше Величество, это легко устроить, но как только слух дойдёт до недоброжелателей, юноша может оказаться в опасности, — заметил Глеб.

— В этом и состоит наш план, — подмигнул император. — Я хочу, чтобы все, кто желает ему зла, попытались навредить ему. А вы подготовите отряд лучших воинов, которые защитят Добрынина в самый критический момент.

— Кажется, я понимаю вашу задумку, — глаза советника засверкали восхищением. — Мы спасём Добрынина, и он будет нам предан.

Император, довольный развитием беседы, опёрся на трость и продолжил:

— Именно. Но дело не только в этом. Если говорить честно, вернуть все долги попросту невозможно. У задолжавших семей нет таких средств. Потребуются две сотни лет, чтобы постепенно всё выплатить, если вообще получится.

Советник, обдумывая слова императора, провёл рукой по бороде. Его взгляд остановился на паре белых голубей, сидящих неподалеку — любимых птицах императора. Улыбнувшись, он уточнил:

— Значит, цель — заполучить талантливого бойца? Этот юноша ранга S из благодарности присоединится к вам.

— Точно! — император слегка поднял бровь. — К тому же его семья от него отказалась, так что выбора у него немного. Но помни: по твоим сведениям, он очень заботится о своей сестре Марии. Если мы хотим видеть его в своих рядах, она не должна пострадать. Ошибки неприемлемы, ты это знаешь.

— Разумеется, мы проследим, чтобы во время всего этого она была в безопасности, — уверенно сказал советник.

— В таком случае, можешь быть свободен, — император кивнул и постучал тростью по каменной дорожке.

* * *

Я прикрыл окно, чтобы защитить глаза от яркого света. Так и слышу, как солнце словно кричит через световые годы: «Получай, ублюдок!»

— Добрыня, знаешь, я уже мечтаю, чтобы тебя наконец отчислили, — с хитрой улыбкой произнесла Маша. — Тогда я смогу всегда брать твою скоростную машину на учёбу. Она рычит как зверь, и можно выезжать из дома в самый последний момент — с такой мощью никакие пробки не страшны.

— Правда? Что ж, могу пойти тебе навстречу, — усмехнулся я, потянувшись за телефоном. — Не подскажешь номер учебного отдела?

— Да ладно тебе, пошутить нельзя? Ты в последнее время такой серьёзный стал, — недовольно пробормотала она. — Может, у тебя проблемы какие-то? Может, сходишь сегодня к психологу в городе?

— У меня проблемы? — я чуть не подавился куском брокколи, обжаренным в манке. — Дай подумать… Может ли что-то меня беспокоить в последнее время? Нет, определённо нет, — покачал я головой и добавил: — И не надейся меня сбагрить: сегодня я тоже еду в академию, всё равно других дел нет.