Спустя мгновение Кончи Мин снова почувствовал ту самую удушливую жажду крови, от которой ещё совсем недавно не знал, куда деваться. Вот только на этот раз убийственное намерение было направлено не на всех присутствующих здесь паломников, а на одного — единственного юношу.

— Дядь, чё с лицом-то? Давление шалит? — задал странный вопрос не менее странный юноша, продолжая как ни в чём не бывало пялиться на разъярённого мастера.

Эти его слова как раз-таки и стали последней каплей. Кулак разгневанного мастера со свистом прорезал воздух и угодил в живот наглеца.

Ощущая всеми фибрами души чужие страдания, Кончи Мин болезненно поморщился. После такого удара не стоило и надеяться, что внутренности дерзкого юноши останутся в целости. Скорее уж они превратятся в кровавую кашу и вскоре «украсят» каменную мостовую напротив врат…

— О! Да! Так намного лучше, спасибо, что утрамбовал, — внезапно для всех произнёс получивший удар парень и даже одобрительно похлопал ударившего его мастера по плечу.

В воздухе снова повисла тишина, только на этот раз взгляды всех присутствующих оказались прикованы к бородатому мастеру. Ну а тот, к слову, выглядел весьма обескураженным и вовсю рассматривал свой здоровенный кулак.

Так продолжалось несколько секунд, а затем произошло то, чего Кончи Мин никак не ожидал. Взгляд бородатого мастера вдруг остановился на нём.

— Эй ты, подойди.

Подходить Кончи Мин никуда, конечно же, не хотел, однако и ослушаться приказа тоже не мог, а потому на негнущихся ногах проследовал к грозному мастеру.

Когда же он, как и было велено, подошёл поближе, то мастер сначала покосился на свой кулак, затем задумчиво подёргал себя же за бороду, а после неожиданно для Кончи Мина ударил того в живот.

Через мгновение юноша уже лежал на каменной мостовой, не в силах вздохнуть и едва сдерживая слёзы. Ну а его обидчик в лице мастера Небесного клана в то же самое время с ещё большем интересом разглядывал свой кулак.

— Вроде работает… — пришёл к каким-то только одному ему известным выводам мастер и с куда большим любопытством, но уже без всякого гнева посмотрел на опоздавшего юношу. — Парень, ты кто такой?

— Су Чень из Му… Мурима.

— Мы все тут из Мурима. Тебя что, часто по голове били?

— Да вроде нет, — почесал затылок назвавшийся Су Ченем.

Кончи Мин же, услышав столь ненавистное ему имя, с трудом поднялся на колени, а затем пристально, насколько это возможно, вгляделся в лицо этого самого Су Ченя. Изо всех пережитых им в тот день потрясений Кончи Мин не сумел запомнить лица обидчика, да и темно тогда было, зато он прекрасно помнил это проклятое имя. Весьма редкое, надо сказать, имя.