Да, вранье, причем наглое и беспардонное, но чего только не сделаешь ради спасения собственной шкуры. Главное — потом не ляпнуть Белой Обезьяне чего лишнего. Думаю, он будет не рад узнать, что тело его дорогого молочного брата было украдено Кровавым Культом прямо у меня из-под носа.
Ну, будем надеяться, что до этого не дойдет и меня все-таки пронесет…
— ЛОЖЬ!!! — ударил себя кулаками в грудь Большая Белая Обезьяна, из-за чего его и так громогласный рев на мгновение уподобился рокоту прибоя. — Предателя Фу Ли нет на этих землях! Тебе меня не обмануть! Я знаю его «запах» как никто другой!
Не пронесло.
Но кто же знал, что у этого поедателя бананов помимо фетиша на змей есть еще один. То-то он в момент нашей первой встречи так усиленно работал ноздрями. Ну, точь-в-точь как сейчас.
— Он пахнет… Пахнет… — взгляд Большой Белой Обезьяны вдруг метнулся куда-то вбок. — Прямо как та сумка!
Ого, а я и не заметил, как ее обронил. Хотя это и немудрено с таким-то тормозным следом. Я же все кочки и выбоины собой собрал! Чудо уже то, что выданный мне в Мадокван халат почти не пострадал. Чего нельзя сказать обо мне самом. Давненько мне так не прилетало.
Ну, ничего, сейчас Большая Белая Обезьяна сообразит, что никакого такого Фу Ли в найденной мной сумке нет и быть не может, и примется за старое.
А тем временем толстенные, покрытые шерстью пальцы и впрямь аккуратно подняли сумку с земли. Аккуратно ее открыли. Порылись внутри. И столь же бережно извлекли на свет тот самый свиток, что я так и не удосужился развернуть.
— Именем Кровавого Культа и властью Черного Неба, — подслеповато щурясь, вчитался в содержимое Большая Белая Обезьяна. — Повелеваю тем, кто читает сей приказ, прибыть на гору Яо-Шень не позднее седьмого дня месяца Пылающего Тигра. Да прибудет с вами тяжесть этого мира…
— Ну вот, а ты не верил, — криво улыбнулся я, стараясь скрыть собственное замешательство.
Надо будет в следующий раз тщательнее осматривать вещи покойников. И еще неплохо было бы выяснить, сколько там осталось до этого седьмого дня месяца Пылающего Тигра…
Глава 21
— Прости меня, брат Чень, — стыдливо опустил мохнатую голову Большая Белая Обезьяна.
— Ну, не знаю, — протянул я в ответ, вольготно устроившись на одном из здоровенных валунов, щедро раскиданных по его огромной пещере. — Обидно, знаешь ли, когда молочный брат твоего духовного наставника принимает тебя за лжеца и мелкого проходимца.
— Ты прав. Я дал гневу завладеть мной и едва не совершил тяжкий грех, — ещё крепче сжал огромные кулаки хозяин пещеры. — Подумать только: я — тот, кто стоял некогда у истоков Великой Секты Мудан, — едва не лишил её будущего своими собственными руками…