— Полагаю, ты удивлён? — хмыкнул он, заметив, как я разглядываю его. Его губы растянулись в едва заметной усмешке. — Считай это актом доверия с моей стороны.

Я кивнул, отмечая про себя столь открытый и прямой жест со стороны одного из Отступников.

Не раздумывая, я провёл рукой по лицу, снимая маску Тигра.

— Ха, это незачем, — усмехнулся Горностай. — Я и так знаю, как ты выглядишь. Взял тебя на прицел, едва узнал, что у Александра есть сын.

— Раз уж ты проявил доверие, открыв передо мной своё лицо, то я должен ответить тем же. А теперь бей.

Горностай вопросительно вскинул бровь? Я начал объяснять, не дожидаясь вопроса.

— Будет выглядеть подозрительно, если я вернусь невредимым после встречи с тобой.

— Ах да. Лиса. Надо было её убить.

— Тогда я бы точно отказался вступать в ряды отступников.

Горностай пожал плечами.

— Что стоит жизнь одной девки перед судьбой целой империи.

Я помолчал, ожидая его действий. Он внимательно смотрел, изучая моё лицо. Затем вдруг расхохотался, вновь активировав на лице свою маску.

— Это очень по-мужски с твоей стороны, прямо скажем! Стисни зубы.

Я едва успел моргнуть, как Горностай уже метнулся ко мне с потрясающей скоростью. Его ладонь со свистом рассекла воздух, и меня обожгло болью от мощного удара по скуле. Кружащаяся голова, во рту привкус крови… Даже не сдерживался.

Потом последовали ещё два коротких выпада — один в грудь, другой под рёбра, сбив дыхание. Я согнулся, тяжело кашляя. Горностай явно был прекрасным бойцом и знал, куда бить, чтобы урон был видимым, но не столь сильным.

Когда же он остановился, кивнув мне и давая понять, что его условная «порка» завершена, я медленно выпрямился, оценивая полученные увечья.

— Теперь можешь смело возвращаться на базу Антоновых, — хрипло произнёс он. — Выглядишь так, словно тебя хорошенько отделали.

Боль в рёбрах то и дело пульсировала, но это было ничем, в сравнении с моими прошлыми сражениями, хотя этого должно хватить, чтобы никто не подумал, что меня отпустили просто так.

На этом мы попрощались.

Я бродил по извилистым переулкам, кое-где сворачивая в знакомые районы, всё дальше углубляясь в сторону поместья Антоновых. Где-то вдали уже забрезжил рассвет, окрасив низкие облака в бледно-оранжевые тона.

Столица медленно просыпалась, встречая новый день. Вдалеке послышались первые крики разносчиков, пробивавшиеся сквозь душный предрассветный туман.

Спустя несколько часов показались ворота базы третьего отряда.

В холле уже навстречу мне спешил дворецкий. Его глаза распахнулись так, что я даже опешил от столь бурной реакции на моё состояние.