Чернильница под одеждой внезапно раскалилась. Жар обжёг так сильно, что Мин едва не вздрогнул.
«Вниз… Опусти глаза! Не смотри на него!» — голос Владыки Звездного Предела пронзил сознание Мина и обдал его разум волной животного страха. Гу Лань пытался спрятать этот страх за брюзжанием и раздражением, но древний голос предательски ломался.
Мин опустил голову, пряча взгляд. Лишь тогда дух в артефакте судорожно выдохнул.
«Пепельное Звёздное Пламя… Я узнаю этот смрад…» — хрипел старец. Его мысли вдруг принесли Мину обрывок чужого воспоминания.
Видение ворвалось в сознание вспышкой. Чёрное небо было разорвано в клочья. В пустоте вверх дном висела исполинская башня, вырванная с корнем из земной тверди и нарушавшая законы мироздания. С расколотых небес на опустошённую землю непрерывно сыпался серый холодный пепел. Ниже дрожали руки самого Гу Ланя, и ладони могущественного Владыки были залиты густой золотой кровью, стекавшей в окружавшую тьму.
Видение померкло так же стремительно, как возникло.
«Этот человек… этот Дворец… — прошелестел Гу Лань и забился в глубину своего чернильного узилища. Даже там древнему духу не удавалось скрыть страх. — Они выжигают сами звезды. Запомни, мальчишка. Держись от него как можно дальше. Он бесконечно, запредельно опасен».
«Впервые слышу, чтобы тебя, мастера возрастом более трех тысяч лет, что-то пугало»
«Я не могу вспомнить всего, но они существовали и в мою эпоху. А отрывки воспоминаний вселяют в меня настоящий ужас».
Мин крепко стиснул зубы. В видении ему отчетливо запомнился один-единственный момент. Серый холодный пепел. Может быть просто совпадение, а может… именно от таких людей, как этот Се Умин скрывались его родители.
Глава 19 Битва в котле
Старейшина Ситу стоял на нефритовом помосте, возвышаясь над заполнившими арену практиками. В его вытянутой руке мерцал Камень Возраста. Свечение артефакта прокатилось по рядам участников широкой волной, омывая лица и оседая на коже. Камень проверял духовную основу каждого бойца для отсева нарушителей, но цвет излучения так и остался ровным. Все присутствующие благополучно вписались в строгий предел и оказались не старше двадцати пяти зим.
Убедившись в честности отбора, Ситу опустил артефакт. Его пропитанный ци голос без труда перекрыл гул трибун.
— Правила Битвы за Небесные Врата просты и написаны кровью предков! — старейшина обвёл взглядом напряженные лица. — Каждое Знамя имеет право выставить в Котёл до пяти бойцов. Личные артефакты, защитные талисманы, оружие и яды дозволены. На пути Дао нет места жалобам на чужую хитрость. Выбывание засчитывается, когда боец сам объявляет о сдаче либо падает без сознания. Смерть участника, разумеется, тоже останавливает поединок для него. Если у Знамени не остаётся способных сражаться людей, оно покидает турнир!