— Куда теперь? — Алекс остановился рядом со мной, щурясь от пронизывающего ветра.

— На восток, — Гаррет указал в сторону. — Если мы действительно вышли с северной стороны, то лошади должны быть вон там, за теми холмами. Километров пять, не больше. Дозорные должны будут нас увидеть.

— Пять километров, — пробормотал я, ощущая, как затекшие мышцы протестуют против любого движения. — Звучит как вечность.

— Зато без проклятых на хвосте, — Леви проверил ремни на сумке. — Это уже плюс.

Стейни молча кивнул и двинулся вперёд. Мы последовали за ним, растянувшись цепочкой. Мы шли молча, экономя силы. Гаррет периодически останавливался, прислушиваясь и принюхиваясь, но вокруг царила мертвая тишина. Ни звука, ни движения. Только ветер, гонящий пепел по серой равнине.

Холмы, на которые указывал разведчик, казались близкими, но расстояние обманывало. Мы шли час, может больше, прежде чем они начали приближаться. За это время я успел пожалеть, что бросил копьё. Опираться не на что, руки болтались без дела, и это было невыносимо неудобно.

— Стоп, — внезапно сказал Гаррет, поднимая руку.

Мы замерли. Разведчик присел на корточки, всматриваясь вперёд.

— Движение. За тем холмом слева. Что-то большое.

Мы все уставились, вглядываясь в указанном направлении. Я тоже напряг зрение, но видел только серые очертания холмов и пепел.

— Наши? — спросил Леви.

— Не знаю. Но идут сюда.

Мы застыли, напряжённо ожидая. Сердце забилось чаще, руки инстинктивно потянулись к ножам на поясе. Бесполезным жестом, если это окажется враг.

Из-за холма показалась фигура. Потом ещё одна. И ещё. Силуэты двигались быстро, целенаправленно.

— Лошади, — выдохнул Гаррет. — Это наши.

Облегчение накрыло меня волной. Я не осознавал, насколько был напряжён, пока не почувствовал, как расслабились плечи.

Группа всадников приближалась, и вскоре я разглядел знакомые лица. Впереди ехал сержант Шин Бейрен, его крепкая фигура покачивалась в такт шагам лошади. За ним следовали остальные, все те ветераны и новобранцы, кого мы оставили наверху.

— Лейтенант! — Бейрен соскочил с седла, едва поравнявшись с нами. Его лицо было серым от усталости, на щеке темнела свежая ссадина. — Вы живы, слава Четверым!

— Живы, — коротко ответил Стейни. — Доложи обстановку.

Бейрен выпрямился, его взгляд скользнул по нашей поредевшей группе. Я видел, как он считал головы, и как его лицо становилось ещё мрачнее.

— Нас атаковали, лейтенант. Вчера, на закате. Скелеты. Больше сотни, хорошо организованные. Потеряли пятерых. — Он перечислил имена, и каждое было как удар, в ожидании знакомого имени, поэтому, когда сержант сказал про Дарна, мы все вместе вздрогнули.