Охранники послушались мгновенно, отступая синхронно, не поворачиваясь спиной к двери и держа оружие наготове, но не замахиваясь. Я стоял, зажатый между Чжан Мином и стеной, и смотрел, как голем продолжает выбираться из своего саркофага, медленно, с усилием, его движение сопровождалось скрипом металла и глухим гулом, который отдавался в груди.

Сначала показалась лапа, потом торс, широкий, покрытый чёрными пластинами, соединёнными между собой шарнирами, из которых сочился маслянистый налёт, и я понял, окончательно, можно сказать, что осознал почему Шань назвал это големом. Это не живое существо, это действительно древняя боевая машина, и от этого правда не стало легче. Машина выглядела так, будто могла раздавить меня одной рукой, не заметив.

И эта тварь по-настоящему внушала трепет, пусть только мне, но я такого еще никогда не видел, мощь, концентрация которой просто зашкаливала. Эта тварь порвала бы демонов как бумагу, а уж таких практиков как мы, так и вовсе не заметит, убивая как комаров.

Когда Голем наконец смог выползти полностью, даже выпрямиться, насколько позволял низкий потолок. Его голова, вытянутая с двумя светящимися щелями вместо глаз, повернулась в нашу сторону. Он сделал небольшой шаг вперед, как-то слишком неуклюже, словно привыкая к ногам и я невольно отступил, прижавшись спиной к стене и снова попытался вырваться из захвата напарника, но Чжан Мин держал крепко и прошипел мне опять.

— Стой, говорю! Ещё минута, и всё закончится.

Минута? Да он в себе вообще? Голем явно не собирался стоять эту самую минуту, он двигался к нам, медленно, но уверенно, поднимая одну свою длинную страшную лапу за другой. Когти голема царапали пол, оставляя глубокие борозды. А командир, Лю Шань, по-прежнему настороженно стоял впереди, ближе всех в врагу и не двигался. А я не понимая почему так происходит и почему он не отдаёт приказ или атаковать или бежать. Ведь охранники просто стоят и молча смотрят как эта штука приближается.

Голем сделал еще три шага в нашу сторону, потом еще один и вдруг замер. Вот просто взял и остановился посреди коридора, пытаясь поднять одну лапу в воздухе и так и застыл. Свет в его шарах замерцал резко и стал становиться всё тусклее, а потом и вовсе погас. Спустя минуту он просто упал неподвижной тушей, преграждая коридор, и я понял, что он мёртв.

Я стоял, не веря своим глазам, и ждал, что он снова оживёт, но прошло несколько секунд, потом минута, и ничего не произошло, голем просто лежал там, мёртвый кусок металла, и только тогда я выдохнул, потому что понял, что опасность миновала, хотя до сих пор не понимал, что произошло.