Один из инквизиторов вскинул вверх руки, и из колоды, крутящейся вокруг него, вылетела странная карта с изображенной на ней прозрачной вращающейся призмой. Из неё ударил луч ослепительно белого света, врезавшийся в портал и исчезнувший вместе с ним.
За следующие пятнадцать минут инквизиторы безжалостно расправились с оставшимися пришельцами. Затем они отошли в сторону, оставив несколько человек у тел, а в зале появились уборщики, что под внимательным присмотром принялись расчленять туши внушительными острыми тесаками, чтобы погрузить их на носилки и вынести из зала. Причем делали всё это ребята со сноровкой, говорящей о том, что такое происшествие явно происходит не в первый раз.
Разумеется, и нас не обошли вниманием. Раздав указания, к нам направился тот самый инквизитор, что, собственно говоря, и закрыл портал. Правда, по пути у него зазвонил моб, и тот чуть притормозил, ответив на звонок.
— Да. Почти всех эвакуировали. А где эти Зловещие? Тоже эвакуировали. Ну хорошо. Скандала не хотелось бы. Знаешь, кто их курирует? Знаешь. Уже в гостинице? Ну и отлично. Отправляй их завтра в Москву. Неустойка? Какая нахрен неустойка? Ладно, сам разберусь. Да, раненые есть. Подлечим. Кому повезет, тот выживет!
Завершив разговор, он подошел к нам и остановился в нескольких шагах. Мужчина скинул капюшон, и я увидел совершенно обычное деревенское лицо. Нос картошкой, белобрысые кучерявые волосы. Только с этим простоватым видом явно не вязался пронизывающий взгляд черных глаз. Ей богу, как рентген. Увидев, что моя спутница поклонилась. Я поклонился тоже.
— Позвольте представиться, — внезапно заговорил тот, — меня зовут Савелий Фомич Ивакин. Старший инквизитор.
Глава восемнадцатая " После концерта"
Голос у старшего инквизитор был прямо-таки бархатный.
— Господин старший инквизитор, я княгиня Анна Громова, а это… — девушка повернулась ко мне, но я опередил её. Не хватало ещё, чтобы меня представляли. Сам справлюсь.
— Князь Павел Черногряжский, — сообщил ему.
— Черногряжский, Черногряжский… — пробормотал старший инквизитор, явно вспоминая, где мог слышать мою фамилию. — А! Точно! Род бывших изгоев.
— Ключевое слово — бывших, — строго поправил его я. — Указ императора снял это клеймо уже давно.
Анна взглянула на меня с явным страхом. На её лице было написано что-то вроде: «Ты что, охренел? Так со старшим инквизитором разговаривать!»
А вот не надо про изгоев вспоминать. М-да, это, конечно, память реципиента со мной такие шутки вытворяет. Но, с другой стороны, мне можно! У меня вообще — амнезия. Даже справка есть! Насчет справки я перегнул малость, но, думаю, слово целительницы в качестве подтверждения моей возможной неинформированности тоже покатит.