Грэм шел впереди меня, стараясь не снижать темп.

Я видел, что ему снова стало тяжело: дыхание участилось, плечи сгорбились, а рука, державшая палку иногда дрожала. Но он не останавливался и не просил о помощи. Похоже, кратковременный эффект, от того, что мы в месте, где живы больше, прошел.

— Дед, — позвал я тихо. — Может, передохнем еще раз?

— Нет, — отрезал он, не оборачиваясь. — Мы почти пришли, осталось немного.

И старик не соврал. Через несколько минут лес начал меняться. Деревья стали чуть пореже, стало больше протоптанных мест, даже появилась парочка тропинок, явно протоптанных человеческой ногой. Мы приближались к месту, где обитали люди.

К тому времени, когда мы добрались до цели, Грэм тяжело дышал и опирался на меня, но в его глазах горел упрямый огонек. Он хотел дойти, и он дошел.

— Вот мы и пришли, — сказал он, указывая рукой вперед.

Передо мной открылся вид на довольно необычное жилище. Дом Морны был построен из массивных бревен, но это было лишь основой. Сверху его полностью оплетали толстые лианы с широкими листьями, которые образовывали своеобразную живую крышу, а между лианами гроздьями росли грибы самых разных форм и цветов — от нежно-голубых шляпок, размером с тарелку, до крошечных красных точек, которые пульсировали слабым светом. Часть лиан свисали с крыши длинными зелеными водопадами, касаясь земли и тут же укореняясь в ней, образуя причудливые арки и проходы. Некоторые из растений цвели и крупные белые и жёлтые соцветия, источали густой, сладковатый аромат, долетавший даже до нас, стоящих в двадцати шагах от них.

Вдобавок вокруг дома была высажена живая изгородь из высоких, в человеческий рост кустарников с шипами, длиной в палец. Это были явно не обычные растения: шипы медленно поворачивались, как маленькие стражи, словно реагируя и отслеживая каждое наше движение. Между кустами виднелись узкие проходы, которые вели к центральному входу. Мы стояли чуть на возвышении, поэтому все было так хорошо видно.

Еще в этом своеобразном «дворе», неподалёку от входа в дом, лежало существо, которое заставило меня замереть на месте. Это был падальщик — тот самый крылатый хищник, сородичей которого мы встречали в лесу. Но этот был старше, крупнее и… какой-то другой: у него была облезлая чёрная шкура, длинные когти и вытянутая морда. Но глаза — не пустые и тупые, как у обычного зверя, а умные и оценивающие, как у собаки.

Он повернул голову в нашу сторону, но не нападал, продолжал сидеть на одном месте просто следя за нами своими черными глазами.

Видимо, я вздрогнул, потому что Грэм меня успокоил: