Я кивнул, но в голове роились разные мысли.Страж… Существо, созданное лесом для защиты границы. Не людей от леса, а леса от людей? Странно, но зачем это ему?

Это в принципе укладывалось в мою теорию о Зеленом Море как о гигантской, полуразумной экосистеме. Страж был её «рукой», ее зримым проявлением. Он не просто зверь, пусть и магический, он часть чего-то большего. Часть Древа.

— О чем думаешь? — спросил Грэм, когда я умолк.

— О Страже. О том, что лес… может быть чем-то большим, чем просто лес. — ответил я.

Грэм усмехнулся.

— Философствуешь. Многие думали об этом: старые шаманы, которые приходили сюда из далеких земель, пытаясь понять, что такое Зеленое Море… Некоторые говорили, что лес это живое существо, другие, что это остатки древней магии пронизывающей наш мир, третьи, что Древа Живы это боги, спящие в земле. — Он пожал плечами. — Кто знает? Может, все они правы, а может никто. Если бы это можно было понять или разгадать то не сомневайся, кто-то бы уже это сделал.

Старик поднялся, опираясь на палку.

— Пошли, мы тут не поболтать присели, а просто передохнуть. Нам еще идти и идти.

Грэм кивнул в сторону тропы, ведущей в Кромку.

Мы вновь нырнули в лес и теперь Грэм вёл меня уже не по тропе, а каким-то только ему известным путем.Мы углублялись в Кромку, в ту ее часть, что была уже довольно далеко от поселка. Впрочем и тут изредка тут попадались следы других сборщиков: затоптанные участки земли возле особенно ценных растений, срезанные ветки, выкопанные корни.

— Запоминай приметы, — коротко бросил Грэм через плечо. — И путь тоже. Второй раз я тебя сюда не поведу, будешь ходить сам.

— Запоминаю.

Я напрягся и начал внимательно вглядываться во все вокруг. Не то, чтоб до этого я был невнимателен, но запоминанием примет не занимался. Теперь начал.

Первой приметой, которую я отметил в уме и которую просто невозможно было не запомнить, был огромный дуб, расколотый надвое ударом молнии. Его обугленная кора зияла черной раной, но дерево все еще жило: на ветвях зеленели листья, а из трещины сочился золотистый сок, пахнувший горелым медом. Именно такая ассоциация пришла в голову первой. Этот дуб я не забуду.

Следующей приметой стал примечательный валун, покрытый изумрудным мхом, таким ярким, что он светился в тени деревьев. Мох был ядовитым, это я знал из теста. Прикосновение к нему должно было вызывать ожоги и зуд… но он был отличным ориентиром!

Конечно, запомнил я не только эти два места. В промежутке между ними я старательно отмечал себе определенные растения и необычной формы деревья — всё что выделялось из общего вида. На некоторые ориентиры мне указывал и сам Грэм.