Я переставил его на место, где падало больше прямых лучей, но ничего не изменилось. Нет, солнца здесь было достаточно.

К живе, — вдруг понял я, — оно тянулось к живе! Ромашка, как и больной Грэм, почти утратила способность самостоятельно тянуть живу из-за собственной слабости.

Сначала я собрался было направить в него порцию своей энергии, как делал с семенами…но остановился. Хоть я уже так делал с ним, страх после тех семян-мутантов появился и я поостерегся. А зря.

Растение само начало тянуть из меня живу и…я не сопротивлялся. Оно брало немного, совсем крошечными порциями и давало время каждой порции живы усвоиться. Это были настолько незначительные потери, что я почти не чувствовал оттока — такой тонкой дозировки я и сам сейчас не смог бы достичь при всем желании.

Я ощутил как ее стебель наливается жизнью и опущенная вниз верхушка чуть приподнимается, но самое главное — корни, они снова будто запульсировали и потянули из земли полезные вещества. И солнечные лучи теперь слабо, но улавливались растением.

Вот как нужно работать с растениями, по крайней мере на начальных этапах — не заталкивать живу в растение насильно, как я делал с семенами, а позволить ему взять столько, сколько ему нужно. Установить связь и просто… «открыть кран». Пусть само регулирует поток.

Растение знает лучше меня, сколько энергии ему требуется. Оно чувствует свои потребности. Мне просто нужно было не мешать, а помочь — стать проводником между моим духовным корнем и его корневой системой.

Когда растение насытилось, поток прекратился сам собой. Связь не разорвалась, но жива больше не текла. Я осторожно убрал руку.

Солнечная ромашка выглядела… не скажу, что здоровой, но определённо лучше. Стебель окреп, лист позеленел, и хоть почерневший цветок всё ещё был мёртв, но растение явно перенаправило силы на рост новых бутонов — я видел крошечную почку у основания стебля, которой раньше не было.

Но одного эксперимента было недостаточно для выводов. Нужна была проверка и желательно на другом растении, не настолько ценном как ромашка.

Пройдясь по саду, увидел несколько кустиков серебрянной мяты и направился к самому «слабому». Я присел рядом, протянул руку и коснулся одного из стеблей. Установил связь. И снова растение само начало осторожно вытягивать живу. Медленно, по крохам — ровно столько, сколько ему было нужно.

Я наблюдал как стебли мяты крепнут, листья наливаются соком, и появляется характерный серебристый отлив на их поверхности.

Когда растение насытилось, я убрал руку.

Мята выглядела здоровой, крепкой и без признаков мутаций.