Мельком взглянул на прогресс.

[ПРОГРЕСС: 5.2/100]

За первые два часа пути я накопил больше живы, чем за всё время в саду. И похоже это было только начало. Начальное волнение, которое я испытывал заходя в лес, куда-то исчезало, и это был плохой знак. Потому что это не был обычный лес — этот лес был чем-то другим — живой экосистемой, убивающей чужаков. А раз я расслабился, значит, потерял бдительность.

— Стой, — вдруг очень тихо сказал Грэм, подняв руку.

Я замер на месте.

Наверное секунд десять ничего не происходило: лес жил своей жизнью, мне на куртку села какая-то мушка, а рядом прожужжала пчела. Я даже подумал, что дед ошибся, но тут вдруг высоко в кронах что-то промелькнуло что-то серое, размерами с небольшую собаку.

Минут пять мы стояли неподвижно, пока дед не дал знак расслабиться.

Тень исчезла, но напряжение не спало. Грэм по-прежнему вглядывался в лесную чащу, поворачивая голову то в одну, то в другую сторону.

— Кто это? — тихо спросил я.

— Гончий паук, — прошептал дед, медленно доставая топор. — Обычно они охотятся стаями. Если видишь одного, значит, где-то рядом может быть ещё дюжина. Не то, чтобы они были для меня проблемой, но в лесу чем меньше влезаешь в ненужные схватки, тем лучше, ведь на шум и запах крови всегда может прибежать кто-нибудь покрупнее.

— А как он нас не заметил?

— Зрение у этих пауков не очень и они немного туповаты, — тихо хмыкнул Грэм, — А этот, похоже, не посчитал нас легкой добычей. Видимо почувствовал во мне еще какую-то силу.

Через пару минут мы двинулись вперед.

Понемногу я привыкал к этому необычному ощущению наполненности воздуха живой и следил за отметкой, которая медленно, но верно ползла вверх. Это радовало, но я понимал, что до сотки еще очень и очень долго. Даже тут, внутри леса, такими темпами нужно медитировать часов десять, не меньше, чтобы полностью заполнить шкалу. Вот только просидеть так просто десять часов в лесу тебе никто не даст — кто-нибудь сожрет.

Лес вокруг был живым и вовсе не в переносном смысле — всё вокруг постоянно двигалось, дышало и росло. Лианы медленно ползли по стволам, я заметил эти движения, и сначала подумал, что это змеи, но Грэм меня просветил. Цветы раскрывались и закрывались в такт невидимому ритму. Мох под ногами изредка пульсировал, словно дыша… Наступать на такой было нельзя.

Я видел растения, которые знал по тесту системы: между корней одного дерева заметил Теневой Папоротник, темно-фиолетовые листья которого впитывают свет. В этом растении яда было столько, что для смерти хватит и неосторожного укола. Увидел вживую я и другие растения, например Серебряный Хвощ, который звенел своими стеблями на ветру. Тут, правда, ветра не было, поэтому и звона я не услышал. На Кровавый Мох мне указал дед: тот стелился по стволу старого дуба красным ковром — от него можно было словить сильную аллергию и начать задыхаться.