Потянувшись к этому навыку, я словно переключил внимание с собственного тела на окружающий мир. В этот раз давалось все со скрипом — не было того легкого ощущения расслабления и единения с растительной жизнью, которое я ощутил тогда. Зато была боль, которую нужно было каким-то образом игнорировать, что я и пытался делать.

Минут через пятнадцать я уловил, а потом и почувствовал первый огонек «жизни», и потянулся к нему, прикоснулся Даром.

В тот же миг исчез окружающий шум, звуки насекомых, ворчание Грэма, звуки затачивания кинжалов, мурлыканье нажравшегося сока Седого и всё остальное. Остался только я и эти огоньки жизни.

Сад раскинулся передо мной, как живая карта: каждый куст, каждый росток, каждый корень… всё это я чувствовал — всё то, с чем взаимодействовал своим Даром. Было приятно осознавать, что из небольших огоньков, благодаря моему Дару и подпитке, они стали чуть крупнее и ярче. Ощущал я и «ловца»: он рос быстрее и активнее всех, но он уже активно ловил насекомых, поэтому веществ для роста ему хватало. Чуть дальше, с другой стороны ограды, были пересаженные ростки изгороди, которые я взял у Морны. Они пока только начинали свой рост. Смородина только приспосабливалась к новому месту, как и живоловка с ясноцветом. Чуть позже я ощутил корнечервя: хоть у нас с ним и была связь, она была еще недостаточно сильной. Возможно после нескольких подкормок она станет более выраженной.

Но главное — за всем этим наблюдением приглушилась боль! Скоро мигнуло сообщение системы.

[Чувство жизни: 3%]

Тут я понял, что видимо времени прошло порядочно и пора пора вставать. Боль болью, но есть дела, которые нужно закончить, несмотря на сеанс закалки.

Я открыл глаза и с трудом поднялся. Ноги дрожали, грудь всё ещё жгло, но уже терпимее. Я знал, что потом боль станет снова сильнее, но пока мне удалось ненадолго обмануть мозг.

— Лучше? — спросил Грэм.

— Более-менее.

Грэм кивнул.

— Иди, я пока приберусь.

Я доковылял до сумки и вытащил свои находки: три семени с необычными рисунками на оболочке и изогнутый клык с пульсирующими голубыми прожилками — клык сумеречного секача. С клыком Анализ не потребуется — Грэм и так знал, что это и для чего он нужен. А вот семена…семена были как коробочка с сюрпризом — ни я, ни старик не знали, что именно принесли мурлыки.

Я надеялся на что-то необычное.

Войдя в дом, я положил перед собой три семени, стиснул зубы от боли и понял, что хорошо, что задницу решил не закалять — так хоть на краешке стула смогу сидеть.

Итак, семена… У меня оставалось два анализа, а семени три, так что нужно выбрать, что анализировать.