— Это не одна ошибка. Ты ревновал к Кириллу, отдалился от меня, начал курить, потом вмешался, когда он пытался вернуться. Я предупредила тебя. Сегодня ты сделал то же самое, только Никита вообще не причинил мне ничего плохого.

— Он хотел забрать тебя.

— Я не вещь, которую можно забрать!

— Я знаю.

— Ты этого не показываешь.

Данил проводит большим пальцем по краю карты. Его плечи опускаются, но взгляд остаётся тяжёлым.

— Я постараюсь.

— Уже не нужно.

— Значит, ты просто уйдёшь?

— Я поеду домой.

— Я отвезу.

— Нет.

— На улице темно.

— Я вызову такси.

— Крис, хватит делать вид, что я для тебя чужой.

Слова останавливают меня.

Я смотрю на Данила и с трудом удерживаю голос ровным.

— А ты хватит делать вид, что имеешь права парня, когда мы даже не встречаемся.

Он молчит.

И этого достаточно.

Если бы Данил хотел отношений, сейчас мог бы сказать. Одно предложение. Несколько слов, которые объяснили бы его ревность, злость и постоянное желание держать меня рядом.

Но он не говорит.

Значит, я правильно заканчиваю это сейчас.

Разворачиваюсь и иду обратно к главному входу. Шаги Данила слышны за спиной, но он не догоняет до самого угла здания. Только когда я выхожу к освещённой парковке, он снова оказывается рядом.

— Я подожду с тобой машину.

— Не надо.

— Это не обсуждается.

Я резко останавливаюсь.

Данил тоже замирает, затем устало прикрывает глаза.

— Плохо выразился, — исправляется он. — Можно я подожду, пока ты сядешь в такси?

В другой ситуации я бы посмеялась. Сейчас сил нет.

— Стой, если хочешь.

Заказываю машину и отхожу к краю тротуара. Данил остаётся в двух шагах. Между нами проезжают автомобили, хлопают двери, мимо проходят студенты, но мы не говорим.

Телефон вибрирует.

Никита:

«Ты в порядке?»

Я набираю:

«Да. Прости за вечер. Ты ни в чём не виноват».

Он отвечает через минуту:

«Я понял. Если захочешь перенести кофе — напиши».

Никаких расспросов. Никакого давления.

Убираю телефон в карман и поднимаю голову. Данил смотрит на меня. По тому, как напряглось его лицо, понимаю: он догадался, кто написал.

Но на этот раз не спрашивает.

Такси подъезжает через семь минут. Белая машина останавливается возле тротуара, водитель включает аварийные огни. Я проверяю номер и открываю заднюю дверь.

— Напиши, когда будешь дома, — говорит Данил.

Я уже собираюсь напомнить, что он больше не имеет права требовать, но замечаю его взгляд.

Не приказ.

Просьба.

Старая, привычная забота, существовавшая задолго до нашей первой ночи.

— Хорошо.

Сажусь в машину и закрываю дверь. Данил остаётся на тротуаре с чёрной картой в руке. Когда мы трогаемся, он не уходит. Стоит под фонарём и смотрит вслед.