— Пап, он меня не обижает.

— Ты вернулась с синяками.

— Их оставил другой мужчина. Данил как раз помог.

— Тогда звонить не нужно.

Мама устало качает головой.

— Андрей, пожалуйста, не вмешивайся.

— Я и не вмешиваюсь. Просто определяю сторону.

— Спасибо, — говорю я.

Папа кивает и возвращается к телефону. Для него вопрос закрыт: Данил ударил плохого мужчину, значит, снова заслуживает доверия.

Жаль, с чувствами нельзя разобраться так же быстро.

В университет приезжаю на такси. Возле центрального входа многолюдно, студенты торопятся на пары, под ногами шуршат мокрые листья. За ночь стало холоднее, поэтому у гардероба длинная очередь.

Пока снимаю пальто, несколько раз смотрю в сторону правого крыла.

Данила нет.

До первой пары остаётся пятнадцать минут. Я поднимаюсь на второй этаж, прохожу мимо расписания и замечаю Лику у окна. Она стоит одна, держа в руках папку. Каштановые волосы собраны в высокий хвост, на ней тёмно-синий костюм и белая рубашка.

Можно пройти мимо.

Мы обе имеем право не разговаривать после вчерашнего.

Лика замечает меня первой.

— Привет.

Останавливаюсь.

— Привет.

Её взгляд опускается к моей руке.

— Как синяки?

— Не болят.

— Хорошо.

Она прижимает папку к груди. На лице нет улыбки, но и злости тоже нет.

— Я хотела ещё раз сказать, что не виню тебя, — произносит Лика.

— Я всё равно чувствую себя виноватой.

— Это пройдёт.

— Ты очень спокойно относишься к тому, что твой парень всю неделю смотрел на другую.

— Уже не мой парень.

— От этого не легче.

Лика вздыхает и смотрит в окно. Во дворе студенты перебегают между корпусами под зонтами.

— Я могла устроить сцену, — говорит она. — Потребовать от Данила не общаться с тобой, запретить возить, писать и вмешиваться. Он бы согласился.

Я хмурю брови.

— Правда?

— На несколько дней.

Она усмехается.

— Потом ты бы поскользнулась на ровном месте или забыла поесть, и он снова оказался бы рядом. Только ещё и начал бы врать мне.

— Я не падаю на ровном месте.

Лика смотрит на мои ботинки.

— В клубе ты пыталась сесть в чужую машину.

Щёки сразу нагреваются.

— Данил рассказал?

— Максим.

Разумеется. История моего позора уже путешествует по университету.

— Я была пьяная.

— Поэтому и говорю: запреты ничего бы не изменили.

Лика поправляет край папки.

— Мне нужен мужчина, которому не приходится запрещать смотреть на другую девушку. Данил этого дать не может.

— Прости.

— Крис.

— Всё. Больше не буду.

Она кивает.

Из аудитории за её спиной выходят студенты, коридор наполняется голосами. Лика отступает к стене, освобождая проход.

— Вы сегодня разговариваете? — спрашивает она.

— После занятий.