Он усмехается, но в глазах всё ещё нет облегчения.

— Я ненавидел их с первой секунды.

— Тогда зачем предложил?

— Хотел быть рядом.

— Можно было сказать, что любишь.

— Я говорил.

Теперь моя очередь хмуриться.

— Когда?

— На семейном ужине. Я сказал, что не против встречаться.

— Ты смеялся.

— Потому что твоя мать сидела напротив и ждала ответа.

— Это не считается признанием.

— Хорошо. В школе я приглашал тебя в кино.

— Мы постоянно ходили в кино.

— В тот раз я купил билеты на последний ряд.

— Там были свободные места.

— Крис, я принёс цветы.

— Один тюльпан.

— Мне было пятнадцать, и я потратил на него деньги от обеда.

Я закрываю рот.

В памяти появляется весенний день, школьная раздевалка и Данил с красным тюльпаном. Он сунул цветок мне в руки, буркнул что-то о празднике и весь вечер был раздражён, когда я решила, что тюльпан купила его мама.

— Я не поняла, — признаю я.

— Да.

— Ты мог сказать прямо.

— А ты могла не рассказывать мне, какой парень из параллельного класса красивый.

— Мне было тринадцать.

— Мне тоже было не сорок.

Он отходит к клёну и опирается плечом о ствол.

— Я пытался сказать тебе ещё несколько раз. Ты смеялась, называла меня братом, другом и человеком, которому никогда не дашь себя поцеловать.

— Я говорила последнее?

— В шестнадцать. На дне рождения Максима.

Не помню.

По лицу Данила понимаю: он помнит каждое слово.

— Прости.

— Не за что. Ты не обязана была меня любить.

— Но ты всё равно ждал.

Он смотрит на меня из-под опущенных ресниц.

— Я всегда тебя любил.

Дыхание перехватывает.

Данил произносит это спокойно. Не делает шага, не пытается коснуться и не требует ответа, потому что уже получил.

— В детстве я не понимал, что это, — продолжает он. — Просто хотел быть рядом. Ждал тебя после уроков, терпел твои драки, носил рюкзак. К четырнадцати понял, что это давно не дружба.

— И молчал.

— Не хотел потерять даже то, что было.

— А остальные девушки?

Его лицо становится жёстче.

— Я встречался с ними.

— Это я знаю.

— Они знали, что ничего серьёзного я не обещаю. До Лики.

— С ней ты хотел серьёзно?

— Хотел попробовать.

Слово неприятно царапает.

Данил замечает мою реакцию.

— Ты закончила нашу договорённость, попросила расстояние и пошла к Никите. Я решил, что должен отпустить тебя.

— Очень быстро решил.

— Я не умею делать это медленно.

— И получилось?

Он смотрит на меня долгим взглядом.

— В клубе я стоял рядом с Ликой и считал твои коктейли. Как думаешь?

Нечего ответить.

— Почему ты не сказал мне, что любишь, когда мы поссорились? — спрашиваю я.

— Хотел.

— Но?

— Ты и так смотрела так, будто я использовал секс, чтобы получить над тобой власть. Если бы признался в тот момент, это прозвучало бы как ещё один способ тебя удержать.