— Кто это будет контролировать? — спросил Тиммейт, — Отели не связаны сетью, я лично — не смогу. Мне надо быть рядом с ними, чтобы через вай-фай подключиться, или как ты меня сегодня шнуром подцепил. Но возможно ты потратишь жизнь на то чтобы всех их объехать все 36.

— У каждого смотрителя есть сотовый. На нём ОЗЛ-спецсвязь. Ты можешь писать туда, подключиться к мобильным всех смотрителей, а через них — к сети их отелей, а уже оттуда контролировать камеры, — произнёс я.

— У тебя точно там Тим тебе не подсказывает? — спросил Тиммейт. — Я, кстати, заметил, что ты снова ругаться стал. А после монастыря у тебя было словно просветление безматершинное.

— Занимайся, пожалуйста, этим, а я на подзарядку, — произнёс я, закрывая глаза.

— Указание отослано. Подключение веду. О контроле доложу после. Кстати, прилетела благодарность тебе от Фомы. Они с его Арией планируют ребёнка. Тестостерон ему подправили, больше не гонит, иммуномодуляторы пьёт. Арию первично привили от ВПЧ, но стойкий иммунитет выработается только через год.

Но я ничего ему не ответил, а просто лежал с закрытыми глазами, с выключенным светом и планировал просто телепортироваться в новый день. Однако сон не шёл в руку. А на дворе был вечер пятницы, 5 декабря 2025 года.

И я присел, всё ещё с закрытыми глазами, и призадумался над словами Тиммейта о монастыре, о той комнате и о Суй Фэне, сидящем в ней. И, как и тогда, сконцентрировавшись на дыхании, позволил ему течь спокойно через себя, всё больше погружаясь в реальность желаемой картинки.

В этой картинке Суй Фэн сидел в своём жёлтом одеянии с закрытыми глазами, и в какой-то момент его глаза открылись, а свечи в храмовой комнате дрогнули.

— Я приветствую тебя, — произнёс он на китайском, но я понял его без перевода.

— И я приветствую тебя, — произнёс я в ответ.

— Сложный день? — спросили у меня.

— Да нет, просто решений много. Непростых. И есть еще одна странность, после монастыря я переставал ругаться матом, а сегодня снова начал.

— Русский мат — это великое оружие, и одновременно это как меч с лезвием вместо ручки, — произнёс он. — Оно режет в обе стороны.

— Слушай, но у меня главный вопрос, как быть с обратной стороной особенности? — спросил я.

— Обратная сторона — это баланс. Плата за силу, которой не должно быть в этом мире.

— Что-то на языке Осьминога, — усмехнулся я. — Но почему побочки особенностей не отбалансированы. Например, у Садиста, когда он ломает людей, всего лишь встаёт член, но его сила несоизмерима с этой побочкой.

— Когда особенность переходит в новые руки, она сама ищет баланс. И чем слабее рука, тем выше побочка, — ответил мне Суй Фэн.