Я посмотрел на Юрика, стоявшего и слушавшего, как не странно, эту «галиматью» совершенно спокойно. Ну, да! Для «нормального» советского пацана то, о чём мы говорили, была «галиматья». И Юрик, увидев мой взгляд, взял да и «выдал»:

— Он ещё и ночью на слух стреляет. Недавно двух изюбрей завалил.

Рот Ефрема приоткрылся, а глаза шамана совсем спрятались за веками, словно и он пытался смотреть с закрытыми глазами.

— Пошли, — сказал я, обращаясь к Дункаю. — Сильно бани захотелось. Аж зачесался весь.

— Пошли, — сказал шаман и повернулся к Ефрему. — Пойдёшь с нами.

Он не спросил, а сказал так, словно приказал. И Ефрем кивнул.

— Только маты уберём…

— Без тебя уберут, — безапелляционно прошелестел Дункай. — Пошли-пошли. Поможешь мальцам. Городские они.

— Ничего мы не городские, — с вызовом бросил Юрик.

Дом Василия Ивановича Дункая я знал и он, действительно был большим, аж на пять комнат и уже сейчас старым. Но построен дом был, видимо, добротно, так как и в моё время выглядел «винтажным», а не старым. «Рукастые» были Дункаи и содержали жилище в идеальном состоянии. И не все в посёлке были такими. Не все аборигены думали не только об охоте. Причём, Василию Дункаю как-то удалось выжить во время гонений шаманов Советской властью. И не только выжить, но и стать главой поселения — председателем сельского совета. Сейчас-то он свои полномочия оставил по выходу на пенсию, но шаманом, так и остался, «благословляя» охотников на успешный промысел и на возвращение в целости и сохранности.

Много аборигенов гибло в тайге и на реке. Кто с медведем встретится, кто под дерево срубленное попадёт, кто на лобке перевернётся и утонет, кто под лёд уйдёт… Много в тайге напасти. Опасная река Бикин. Сам на себе испытал её проказы и каверзы.

Я ехал на Бикин так как знал реку, как реку шаманскую. На реке и в моё время встречались места поклонения разным духам-божествам. Ну и не в моём состоянии сомневаться в существовании как силы, так и в том, что шаманы камлают не просто так. Есть в них настоящая сила или нет и какая она не моё это дело. Мне хотелось проверить, как моя сила поведёт себя в этих местах. И уже сейчас я почувствовал, что бороться мне было гораздо легче.

В своё время я много занимался тренингами по «раскрутке внутренней энергии», но, слава Богу, не переборщил в своих стараниях. Вовремя бросил, ибо без учителя, пойти правильным и безопасным для здоровья путём было практически не возможно. А потом, когда обрёл учителя в лице сына Василия Ивановича Дункая — Ивана Васильевича, уже шёл по пути православия.