— Колдунья не уйдет просто так. Она пойдет к Хамртуму, никто ее не остановит. И ее убьют, если ей не помочь.

Гм… если прям убьют… это, наверное, чересчур… Вдруг, она к Джонни не имеет отношения… Хотя я тут все равно не причем.

— То есть, ты хочешь… чтобы я пошел туда с вами… чтобы н’горо на вас не нападали?

— Да.

— Они ведь только на меня не нападают, — напомнил я. — Я не могу… управлять ими.

— Это все равно поможет.

— Но…

Я даже не сразу смог сформулировать мысль. Он предлагал мне пойти с ними, чтобы я защищал их от нгор’о, притом, что кроме них там еще куча других опасностей, а я и с «суперами»-то особо не помогу. Там наверняка будут не только «синие», но и «черные». И если от первых я хотя бы загорожу кого-то, то вторых только привлеку зря. Плюс инуи и эти другие штуки — «тотиро».

У меня не хватало слов, чтобы описать степень оптимизма, которая требовалась, чтобы согласиться. Как если бы мне предложили спрыгнуть без парашюта с девятиэтажного дома в двадцатиметровую яму с кольями, между которыми будут ползать разозленные черные мамбы, перед этим пообещав, что бензин, которым меня подожгут в момент отталкивания, будет с низким октановым числом.

— А какая плата?

— Что тебе нужно?

После этих слов Чирик оживился, засемафорил глазами, одновременно что-то бормоча. Видимо, он пытался говорить так, чтобы Бандар его не услышал, но так как здоровяк стоял всего на пару метров дальше, получилось, что и я его не особо понимал. Только слова вылавливал:: «ойр», «все бабы», снова «ойр» и так далее.

Соглашаться, я, разумеется, не собирался, но почву прощупать не мешало. Что стоило попросить? Наверное, деньги. По крайней мере, с ними я продержусь, пока не выучу нормально язык и не знаю побольше о мире. Значит, ойр… хотя стоп.

— Овум’кару, — сказал я. — Мне нужно овум’кару.

Подумал секунду, и добавил:

— Два овум’кару.

Чирик резко замолчал. Я повернулся и увидел, что брови у него почти исчезли в волосах. Причем, сначала он смотрел с удивлением на меня, а потом перевел не менее удивленный взгляд на Бандара. Видимо, потому что тот не рассмеялся и не отказал сразу. Гм… неужели переборщил? Я почему-то думал, что это просто редкая штука, а не так, чтобы уникальная.

— Ты знаешь, что это?

— Лечилка.

— Верно, — ответил Бандар после паузы. — Овум’кару у меня нет. Но я знаю того, у кого есть. Я расскажу, как его найти.

Ага. Денег я вам не дам, но я знаю одного парня, который работает в банке. Так себе оплата, если честно.

— И все? — спросил я.

— Я дам тебе большую лечилку.

— Реганова шакта… Соглашайся, марагаз! То есть… не марагаз… Соглашайся!