«Вроде бы все спокойно», — подумал сотник и, отодвинув занавесь, прошел в следующий зал.

Звякнул колокольчик, за спиной качнулся обратно полог, а из-за стойки на него поднял взгляд крепкий мужчина с налысо выбритой головой.

— Ба, какие люди! — Сопата расплылся в широкой улыбке. — Проходи, вчера еще тебя ждал. Рад! Рад видеть тебя живым и здоровым!

Вместо ответа Лава зыркнул по сторонам: «Двое громил у входа, еще один за спиной у хозяина. Все трое штатные вышибалы Сопаты. Народ крепкий, но серьезной опасности не представляют». Оценив ситуацию, он прошел к стойке и, наконец, ответил.

— Здравству, Сопата! Я тоже рад, что ты еще жив.

Хозяин лавки ненатурально громко засмеялся.

— Что значит еще… Все шутишь, Лава! Пусть сдохнут мои враги, а я собираюсь жить долго.

В глазах венда мелькнула насмешливая искра.

— Вечно живут лишь боги, а мы, смертные, должны быть благодарны за каждый прожитый день.

— Не знаю, как у вас, варваров, — прищурившись, Сопата встретил пронизывающий взгляд, — а я каждое воскресенье получаю отпущение грехов у нашего священника. Готов, так сказать, в любой день предстать перед Всевышним чистеньким и безгрешным.

Бросив взгляд на стоящего за спиной Сопаты здоровяка, Лава иронично усмехнулся.

— Тогда да, тебе нечего бояться смерти.

Почувствовав насмешку, торговец набычился и помрачнел, а Лава жестко положил ладонь на стойку.

— У меня мало времени. Ты знаешь зачем я пришел.

Словно не услышав, Сопата вновь растянул рот в улыбке.

— Куда ты торопишься! Лучше вот выпей с нами, расскажи о своих подвигах. — На вытертом дереве столешницы появилась глиняная кружка и, булькая, в нее полилось красное вино. — Говорят, от твоей сотни уже никого не осталось. Один теперь будешь воевать или новых людишек наберешь?

Лицо венда закаменело, а Сопата, не обращая внимания, продолжал.

— Ты слышал, Варсаний то оказался изменником⁈ В яме нынче сидит. — Лава молча смотрел на торгаша, а тот довольно продолжал изображать дурачка. — Не слыхал⁈ Странно, я ведь знаю, ты же под ним ходил, или как?

Чем дальше, тем меньше Лаве нравилась болтливость хозяина заведения. Было уже очевидно, деньги Сопата возвращать не собирается, а попросту тянет время. «Для чего?» — Спрашивал себя Лава, контролируя каждое движение троих вышибал. На эту троицу он вряд ли делает ставку. Против упившейся солдатни их ножи и дубины еще куда ни шло, но на мой меч они не полезут. Не дураки…'

Словно в ответ на его мысли, двое у входа вдруг расступились, давая пройти ввалившейся компании.

Лава медленно повернул голову. Растолкав вышибал, в шатер входило пятеро рослых гавелинов в полной броне и в шлемах. По тяжелому дыханию было видно, что они очень торопились.