— Тащи арбалет. Эти доходяги сами не справятся.
Тот юркнул за занавес и тут же вернулся с тяжелым крепостным самострелом. Вставив носок в петлю, он суетливо начал взводить механизм. Натянутая тетива упруго загудела, и Сопата, вырвав арбалет из рук охранника, сам наложил стрелу и прицелился.
— Разойдись! — Заорал он, пытаясь выцелить венда в мешанине схватки.
Не сразу понявшие в чем дело, гавелины все же расступились, оставляя противника на линии выстрела. Лава успел лишь повернуться боком, уменьшая зону поражения, когда арбалетный болт, пробив кольца кольчуги, вошел в правую руку. Мгновенно онемевшие пальцы, не удержав, выпустили рукоять. Меч, жалобно звякнув, упал на землю.
Наливаясь тяжестью, безвольно повисла рука, а три гавелинских клинка почти уперлись Лаве в грудь. Четвертый, старший из них занес меч для последнего удара.
— Прими мой дар, Винслар, и упокойся с миром. Ты отомщен!
Дальше разум в голове Лавы отключился, и тело, повинуясь лишь темным инстинктам, сжалось в комок и бросилось в ноги надвигающемуся гавелину. Тяжелая масса рухнула сверху, разрывающей болью взорвалась рука, но, перекатившись на спину, Лава успел перехватить летящий ему в грудь кинжал.
Ошалевшие гавелины с воем бросились на помощь товарищу, и в общей свалке никто не заметил, как в палатку вошло трое в кованых панцирях и с гербом имперской канцелярии на груди. Рукояти мечей обрушились на затылки, а руки в кольчужных крагах разбросали по сторонам рычащих от ярости людей.
Заглушая все, под сводами шатра грозно прозвучал голос.
— Тот, кто поднимет оружие, умрет на месте!
Раскидав по сторонам плохо понимающих происходящее гавелинов, неизвестные докопались до Лавы. Старший из них присел рядом и, взглянув на торчащий из руки обломок стрелы, спросил.
— Ты, Лава Быстрый? — А получив подтверждающий кивок, добавил. — Варсаний Сцинарион хочет с тобой поговорить.
Глава 23
Весна 122 года от первого явления Огнерожденного Митры первосвятителю Иллирию.
Великая пустыня.
Впереди, как и повсюду, волнами вокруг растекались красные унылые холмы. Наполненный пылью ветер пробивался даже сквозь обмотанную вокруг лица ткань, оставляя во рту привкус горечи и песка.
Отогнув край платка, Странник поднес ко рту горлышко фляги и сделал глоток.
— Посмотри, Го, что тебе напоминают эти семь маленьких аккуратных холмиков, выстроенных словно по линии?
Нагруженный мешками великан ничего не ответил, но его спутник тем не менее его похвалил.
— Правильно мыслишь, Го. Абсолютно с тобой согласен, больше всего они похожи на свежие могилы, а значит… — Он поднял взгляд к верху. — Тебе придется поработать. Выкопай мне одного из этих бедолаг. Поспрашиваем его, может чего и узнаем.